Поспешили они в замок неподалеку, где лежал сэр  Мелиот,  и  нашли  его
бледным как смерть, а кровь все еще струилась из его раны.  Ланселот  стал
на колени подле него, тронул рану мечом и обвязал ее шелком - и тут же сэр
Мелиот исцелился.
   После этого Ланселот остался с сэром Мелиотом и его сестрой и отдыхал в
замке много дней. Но однажды утром он сказал:
   - А теперь я должен отправиться в Камелот ко двору короля  Артура,  ибо
праздник  пятидесятницы  приближается.  Там  можете   найти   меня,   если
пожелаете.
   Тут он быстро поскакал в лес, и весеннее солнце, золотым  дождем  падая
между свежих зеленых листьев, отражалось в его сияющих доспехах. Но  и  по
дороге в Камелот встретился он с новыми приключениями.
   К вечеру он достиг замка, где нашел хороший прием и удобную постель  на
ночь. Но перед рассветом был разбужен стуком в ворота и, выглянув в  окно,
увидел сэра Кея, преследуемого тремя рыцарями. Тогда  сэр  Ланселот  надел
доспехи, вылез из окна и по простыне спустился вниз.
   - Повернитесь, - закричал он трем рыцарям, бросаясь  на  них.  И  семью
ударами он уложил их всех на землю.
   - Сэр рыцарь! - вскричали они. - Сдаемся вам как несравненному бойцу.
   - Сдайтесь сэру Кею, - сказал Ланселот, - или я убью вас.
   И когда они пообещали сделать это, хотя и ропща, ибо не Кей победил их,
Ланселот продолжал:
   - Теперь поспешите в Камелот и явитесь  к  королю  Артуру  на  праздник
пятидесятницы, сказав, что сэр Кей прислал вас!
   Когда они удалились, он взял сэра Кея в замок и проводил его в спальню.
И сэр Кей уснул крепким сном в постели Ланселота. А когда он поздно  утром
проснулся, Ланселот исчез, но исчезли и доспехи сэра Кея.
   "Ага, - подумал Кей. - Несладко придется  кое-кому  из  рыцарей  короля
Артура, ибо они будут думать, что это я, и схватятся с ним!  Сам  же  я  в
доспехах Ланселота буду ехать спокойно!"
   Ибо сэра  Кея  не  очень-то  жаловали  рыцари  Круглого  Стола  за  его
надменные речи и мстили, сбивая с коня, когда бы ни встречали его.
   Но на этот раз сэр Кей вернулся в Камелот, и ни единый рыцарь не бросил
ему вызов, хотя у Ланселота, ехавшего в доспехах Кея, весь  день  не  было
отбоя от вызовов.
   - Вот едет гордый сэр Кей! - закричал один  из  трех  новопроизведенных
рыцарей, отдыхавших в шатре неподалеку от замка, где остановился Ланселот.
- Он думает, что нет равных ему рыцарей, как бы часто мы ни доказывали ему
обратное! Но давайте сразимся с ним все по очереди -  он  не  будет  столь
дерзким на празднике завтра, если мы хорошенько помнем его сегодня!
   Ланселот, однако, поверг их с коней наземь, одного за другим,  и  велел
на следующий день передать себя на милость королеве Гвиневере  и  сказать,
что прислал их сэр Кей.
   Тут поскакал он дальше и вскоре повстречал своего брата, сэра Эктора, с
тремя лучшими рыцарями Круглого Стола - сэром Сеграмуром, сэром Увейном  и
самим сэром Гавейном.
   - Клянусь, - сказал сэр Сеграмур, - я испытаю силу сэра Кея, о  которой
он столь часто говорит!
   И он наставил копье и ринулся на Ланселота. Но сэр Ланселот ударил сэра
Сеграмура с такой силой, что конь и всадник рухнули на землю.
   - Взгляните, друзья! - воскликнул сэр Эктор.  -  Вот  это  был  могучий
удар! Мне кажется, что этот рыцарь намного сильнее, чем когда-либо был сэр
Кей. Давайте посмотрим, что я смогу с ним сделать.
   И сэр Эктор наставил копье,  и  они  сошлись,  словно  гром  ударил,  и
Ланселот бросил его через круп коня и оставил лежащим на земле.
   - Клянусь, - сказал сэр Увейн, - это весьма сильный рыцарь;  я  уверен,
что он убил сэра Кея и разъезжает теперь  в  его  доспехах.  Будет  трудно
справиться с ним, но посмотрим, что я смогу сделать!
   Они сошлись в безумной схватке, по Ланселот выбил сэра Увейна из седла,
и тот ударился о землю столь сильно, что долго лежал без движения.
   - Теперь, - сказал сэр Гавейн, - только мне остается сразиться  с  этим
рыцарем.
   И он закрылся щитом, взял в руку доброе копье и со всей  силой  ринулся
на сэра Ланселота; и каждый рыцарь ударил  другого  в  середину  щита.  Но
копье Гавейна разлетелось на части, а  копье  Ланселота  ударило  с  такой
силой, что Грингалет, конь Гавейна, покатился по земле.
   - Думаю, это  должен  быть  сэр  Ланселот  Озерный,  -  сказал  Гавейн,
медленно поднимаясь и помогая другим рыцарям встать  на  ноги.  -  Давайте
поспешим в Камелот, ибо там мы сможем узнать это.
   На следующий день, в праздник пятидесятницы, все рыцари  короля  Артура
собрались за Круглым Столом. Явился и сэр Ланселот в  доспехах  сэра  Кея,
но, конечно, без  шлема.  Тут  Гавейн,  Увейн,  Эктор  и  Сеграмур  узнали
наверное, кто опрокинул их одним копьем, и немало среди них было  смеха  и
шуток.
   А сэр Кей рассказал королю, как сэр Ланселот спас его от трех  рыцарей,
которые хотели убить его.
   - И он заставил трех рыцарей сдаться мне, а не ему, - сказал сэр Кей. И
все трое были тут и свидетельствовали это. - Тогда сэр Ланселот  взял  мои
доспехи, - продолжал Кей, - и оставил мне свои. Я ехал домой спокойно, ибо
никто не осмеливался сразиться со мною!
   Затем явились все те рыцари,  которые  содержались  пленниками  у  сэра
Тарквина, и рассказали, как Ланселот спас их. Сэр Гахерис сказал:
   - Я видел всю битву от начала до конца, и этот Тарквин  был  сильнейшим
рыцарем из всех, кого я когда-либо встречал.