В тот же вечер Сумасшедшего короля вымыли. Волшебник выудил откуда-то  из
запасов приличную одежду: куртку из мягкой кожи, бархатные  потертые  штаны,
пару тонких шерстяных рубашек и высокие сапоги. Сэм, вооружившись  ножницами
и бритвой, буквально за полчаса привел  прическу  бродяги  в  божеский  вид,
после чего сбрил ему бороду. Потом, оглядев свое "творение", сбегал  куда-то
и притащил почти новый кожаный пояс, богато украшенный вышивкой и тиснением:
   - Носи! Помни мою доброту.
   И Сэм торжественно вручил пояс Сумасшедшему королю. После чего чародей  и
его ученик отошли в сторону, откровенно любуясь делом своих рук.
   - Два часа работы, никакого волшебства, а каков  результат!  -  хвастливо
заключил Лагун-Сумасброд.
   - Хорош, хорош, - добродушно поддакнул Сэм. Надо сказать,  перемена  была
разительной. Никто и ни за что  не  узнал  бы  теперь  бывшего  замызганного
бродягу. Аккуратность и чистота костюма подчеркивали ладную и легкую фигуру,
темно-русые волосы рассыпались по плечам, а  правильные  черты  лица  дышали
благородством и отвагой. Теперь стало ясно, что этому молодому человеку  лет
двадцать пять, не больше. Хотя горячая  вода,  ножницы  и  приличная  одежда
изменили его внешность, однако они не могли вернуть ему речь и ясность ума.
   Когда  наступила  ночь,  колдун  стал  активно  готовиться  к   какому-то
волшебству.
   - Тебе помочь? - участливо спросил Сэм.
   - Только попробуй! - огрызнулся Сумасброд. - Мне сейчас тебя только и  не
хватает.
   - Я к нему со всей душой... ну,  дай  хоть  ложкой  в  котле  помешаю,  -
канючил Сэм.
   -  Нет!  Сказано  -  нет!  Еще  уронишь  туда  что-нибудь   или   плюнешь
ненароком... Все заклинание насмарку! Сядь вон лучше в  угол  и  поговори  с
нашим гостем.
   - Издеваешься, да? О чем с ним говорить? Он же сумасшедший!
   - Не сумасшедший, а больной, - назидательно отметил Сумасброд.
   Он напихал в котел кучу трав, порошков и снадобий, перемешал хорошенько и
поставил на огонь, чтоб вскипело. В свободное  время  колдун  был  не  прочь
пофилософствовать  на  отвлеченные  темы.  Вилкинс,  послушно  сложив  руки,
тихонько сидел на кривоногом табурете в углу пещеры. Чуть  дальше  на  рыжей
овчине расположился Сумасшедший король.  Оба  не  сводили  глаз  с  чародея.
Лагун-Сумасброд решил, что аудитория вполне созрела для небольшой лекции.
   - Поступки этого юноши не укладываются в рамки понимания жителей деревни.
Он выглядит бродягой, а ведет себя как  принц  крови.  Почему?  Общественное
мнение выносит  суровый  вердикт:  сумасшествие!  Они  считают  его  психом,
кретином, идиотом, параноиком, шизофреником  -  кем  угодно,  но  только  не
нормальным человеком. Общество изгоняет его! Но справедливо ли это? По  всем
божеским и человеческим законам - нет! Тысячу раз - нет!  Поведение  жителей
деревни аморально  и  заслуживает  всякого  осуждения.  Однако  взглянем  на
проблему с другой стороны. А так ли уж нелепы его поступки?  В  определенном
плане все его действия абсолютно осмысленны и  совершенно  оправданны.  Что,
если мы предположим... только  предположим  наличие  в  этом  юноше  голубой
крови? - Колдун торжествующе оглядел слушателей и вдохновенно  задирижировал
ложкой. - Это многое объясняет.  Заколдованный  принц?  Очарованный  рыцарь?
Почему же нет? Тысячу раз - да!
   Сэм Вилкинс разразился бурными аплодисментами. Сумасшедший король  ничего
не понял, но довольно замычал.
   Лагун-Сумасброд раскланялся, как профессор на кафедре, и, жестом попросив
тишины, продолжил:
   - Итак, что мы имеем? Странный молодой человек, обладающий всеми  данными
высокого  рода,  с  неразвитой  речью  и  ограниченным  мышлением.  Вот  где
нестыковка! Его величие не вяжется с его речью, его манеры не  соответствуют
его внешнему виду, он словно искусственно составлен из  двух  противоречивых
половин! Какое этому может  быть  логическое  объяснение?  Только  одно:  он
заколдован!

   Время приближалось к двенадцати. В котле кипело что-то  очень  волшебное,
распространяя  вокруг   дивный   аромат.   Правда,   пить   это   зелье   не
рекомендовалось: чародей напихал туда столько трав и порошков, что им  можно
было устроить несварение желудка даже дракону.
   - Назначение снадобья не в этом, - объяснил Сумасброд. - Главное  -  пар!
Именно в нем все и дело. Подойдите-ка сюда, молодой человек.
   Сумасшедший король послушно подошел к котлу  и  непонимающе  взглянул  на
чародея.
   - Смотрите сюда! - Волшебник указал пальцем на кипящую жидкость.
   Король наклонился над котлом. В тот же миг Лагун-Сумасброд крепко ухватил
его  за   шею   и   плечи,   наклоняя   еще   ниже   и   заставляя   вдыхать
сладковато-дурманящий пар. Пленник  испуганно  замычал  и  стал  вырываться,
однако сил у старого волшебника еще хватало.
   - Сэм, помоги! Держи его крепче!
   Вдвоем они  удерживали  Сумасшедшего  короля  около  минуты,  после  чего
волшебник и его ученик разлетелись по разным углам пещеры,  а  их  "пациент"
смог наконец выпрямиться. Он просто кипел от ярости, глаза безумно  блуждали
по пещере, а грозное рычание напоминало сдержанный рык медведя.  Сумасшедший
король разглядел спрятавшегося за кучей тряпья Сэма, недобро ухмыльнулся  и,
вытянув вперед руки, крепко схватил его  за  горло.  Однако  Лагун-Сумасброд
бросился на выручку своему ученику и  что  есть  силы  треснул  Сумасшедшего
короля ложкой по затылку. Длинная кленовая  ложка  разлетелась  на  кусочки.