Старик замолчал; плащ соскользнул с плеч, знаменуя окончание рассказа.

Долгое время никто не осмеливался заговорить, слышались только слабое
потрескивание дров в очаге да бесконечная песня кузнечиков и лягушек в
теплой летней ночи.

Наконец Фолдор, откашлявшись, поднялся.

- Вы оказали нам сегодня великую честь, мой добрый друг, - сказал он
прерывающимся от волнения голосом. - Эту историю рассказывают только
королям, а не простым смертным, как мы.

Старик ухмыльнулся, глаза весело заискрились.

- Последнее время я что-то не встречаюсь с королями, дружище Фолдор. Они,
видно, слишком заняты, чтобы слушать древние сказки, а историю нужно время
от времени рассказывать, чтобы она не забылась, а кроме того, кто знает в
наше время, где может скрываться король?!

Все рассмеялись и начали расходиться - становилось поздно, а завтра многим
нужно было вставать с первыми лучами солнца.

- Не поможешь донести фонарь туда, где я обычно сплю? - спросил сказочник у
Гариона.

- С радостью, а ответил мальчик, вскакивая и спеша на кухню.

Сняв с крюка квадратный стеклянный светильник, зажег свечу, укрепленную
внутри, и возвратился в зал.

Фолдор о чем-то беседовал со стариком, а когда отвернулся, Гарион заметил
странные взгляды, которыми обменялись сказочник и тетя Пол, все еще
неподвижно стоявшая в глубине зала.

- Ну что, готов, малыш? - спросил старик, завидев Гариона.

- Как только скажете, - отозвался тот; оба направились к выходу.

- Но ведь история не закончена? - спросил Гарион, сгорая от любопытства. -
Почему ты остановился и не рассказал, чем кончилась встреча Торака и
райвенского короля?

- Это уже другая история, - пояснил старик.

- Расскажешь когда-нибудь? - настаивал мальчик. Старик засмеялся.

- Торак и райвенский король еще не встретились, рассказывать пока не о чем,
разве что... дождаться этого события.

- Но ведь это всего-навсего сказка, не правда ли? - возразил Гарион.

- Ты думаешь?

Вынув бутылку вина из-под туники, старик жадно припал к горлышку.

- Кто сказал, что это сказка, а не правда, скрытая в легенде?

- Нет, все это вымысел, - упрямо повторил Гарион, чувствуя себя таким же
практичным и твердолобым, как любой коренной сендар. - Как это может быть
правдой - ведь чародею Белгарату теперь уже... даже трудно сказать, сколько
лет; люди же так долго не живут.

- Семь тысяч лет, - вздохнул старик.

- Что?

- Чародею Белгарату семь тысяч лет. Может, немного больше.

- Это невозможно, - решил Гарион.

- Неужели? Сколько тебе лет?

- Девять будет в следующем месяце.

- И за девять лет ты понял и узнал, что возможно, а что нет? Ты
необыкновенный мальчик, Гарион.

Гарион залился краской.

- Ну, - начал он, внезапно потеряв уверенность в себе, - самый старый
человек, известный мне, - это Велдрик, работник на ферме Милдрина. Дерник
говорит, ему уже девяносто и он старше всех в здешней местности.

- И местность эта, конечно, очень велика, - серьезно вставил старик.

- А тебе сколько лет? - спросил Гарион, не желая сдаваться.

- Довольно много, малыш, - ответил старик.

- Все равно это неправда, - заупрямился Гарион.

- Многие хорошие и честные люди сказали бы то же самое, - кивнул сказочник,
глядя на звезды, - добрые люди, которые проживут жизнь, веря только тому,
что видят сами; тому, до чего можно дотронуться рукой! Но ведь существует и
мир за пределами нашего сознания, мир, живущий по своим собственным
законам, и то, что нельзя видеть и ощущать в нашем обычном существовании,
вполне возможно там; иногда границы между этими двумя мирами исчезают...
Кто же может правдиво сказать, что возможно, а что нет?

- Думаю, я бы предпочел жить в обыкновенном мире, - покачал головой Гарион,
- другой слишком сложен для меня.

- Не всегда у нас есть возможность выбора, Гарион, - ответил сказочник. -
Но не слишком удивляйся, если в этом другом мире когда-нибудь придется
именно тебе сделать то, что должно быть сделано, - совершить великое и
благородное деяние.

- Мне? - недоверчиво охнул Гарион.

- Случались вещи и более необычные. А теперь иди в постель, малыш. Я еще
немного погляжу на звезды. Это мои старые друзья.

- Звезды? - переспросил Гарион, невольно задирая голову. - Только не
обижайся на меня, но ты очень странный старик.

- Совершенно верно, - согласился рассказчик. - Самый странный из всех,
встреченных тобой.

- Но ты мне все равно нравишься, - поспешно вставил Гарион, не желая его
оскорбить.

- Это для меня поистине утешение, малыш, - объявил старик. - А теперь
спать! Твоя тетя Пол будет волноваться.

Позже, ночью, Гариона снова мучили кошмары. Темная фигура изуродованного
Торака маячила во тьме, чудовища преследовали мальчика на извилистых
дорожках в лесу, где возможное и невозможное сливалось и сплеталось, а
другой мир протягивал объятия, чтобы окутать его.

Глава 3

Прошло несколько дней, и тетя Пол начала хмуриться, видя, что старик
постоянно торчит на кухне; заметив неприязненные взгляды, старик под
каким-то предлогом решил отправиться в соседнюю деревню Верхний Гральт.

- Прекрасно, - заметила довольно невежливо тетя Пол. - По крайней мере хоть
мои припасы останутся в безопасности, пока ты бродишь где-то.

Старик отвесил издевательский поклон, глаза вновь засветились.