ДНЕВНИК БЕТТИ

     Дневник я начала вести, когда мне исполнилось 16 лет. В этот
день мой отец, богатый скотопромышленник вернулся из Парижа и
привез мне в подарок чудесную меховую шубку. Девушка я была рослая
с хорошей фигурой, шубка сидела на мне великолепно. Было лето, и
вместе с ним заканчивались последние дни школьных каникул. Осенью я
должна была пойти в 10 класс, а потом держать экзамен в медицинский
институт. Так хотели мои родители. Пока же я привольно отдыхала на
нашей загородной даче и жила в мире радужных надежд и ожиданий. Я
много читала разных книжек и журналов и с некоторых пор меня
особенно интересовала литература сексуального плана. Впрочем, здесь
я была не одинока. Многие подруги моего возраста также проявляли
интерес к таким книжкам.
     Особенно я дружила с одной девушкой - Мартой, она была старше
меня на один год, но тоже училась в девятом классе. Мы часто
запирались в комнате и с интересом рассматривали иллюстрированные
журналы, где на фотографиях показывались всевозможные положения
мужчин и женщин, совершающих половые сношения. Марта рассказывала
мне что с 14 лет занимается онанизмом и натирает себе пальцами
клитор, причем получает от этого большое удовольствие. Она даже
предлагала мне проделать это, но я отказалась так как считала это
неприличным. Кроме того у Марты были еще книжечки с французскими
порнографическими открытками, которые мы также рассматривали с
большим удовольствием и интересом. Под влиянием подобных картинок
по ночам мне снились эротические сны. Мне казалось что со мной в
кровати лежат голые мужчины и делают со мной тоже самое что на
картинках. От этого я просыпалась охваченная чувством смутной и
непонятной мне тревоги. Сердце стучало как мотор. Я никак не могла
понять, что со мной происходит, но обращаться к маме с подобными
вопросами не решилась.
     Вечером вчесть моего дня рождения собрались гости. Среди них
был друг нашего дома дядя Фред, один из папиных компаньонов по
фирме. Ему было лет 45-48 и мы все его очень любили. Когда папа был
в разъездах, он часто навещал наш дом и всегда был желанным гостем.
Вместе с ним приехал его сын - Рэм, студент Оксфордского
университета, который недавно вернулся из Англии на каникулы.
     Нас познакомили и мы вместе с Мартой и другими девочками
составили веселую компанию. Разошлись гости поздно, и я пригласила
Рэма навестить меня на даче, на что он охотно согласился.
     Через два дня папа улетел в Осло, а вечером приехал дядя Фред.
Он как всегда был весел и привез с собой несколько коробок с
кинолентами. Узколенточные фильмы, которые он сам снимал были его
хобби.
     Раньше мы все вместе просматривали его ленты, но сегодня мама
почему-то сказала, чтобы я шла к Марте, а ленту они просмотрят
сами. Правда, и раньше мама иногда отправляла меня гулять, и у меня
не возникало никаких мыслей, но сегодня какое-то смутное подозрение
закралось в душу и я решила схитрить.
     Сделав вид, что я отправляюсь гулять я нарочно громко хлопнула
дверью и незаметно проскользнула к себе в комнату. Через некоторое
время застрекотал аппарат и послышались звуки мягкой задушевной
музыки. Я потихоньку подошла, заглянула в неплотно прикрытую дверь
и увидела на стене небольшой экран, который висел напротив маминой
кровати. То, что я увидела на экране привело меня в состояние
крайнего изумления. Совершенно голый мужчина с высоко торчащим
членом обнимал совершенно голую женщину. Потом он положил ее
поперек кровати, высоко поднял ей ноги, которые оказались у него на
плечах, и стал проталкивать свой член между ее ног. Потом он что-то
еще делал с ней. Я стояла, как окаменелая не в силах
оторвать глаз от экрана. Вдруг лента закончилась и аппарат
автоматически остановился. Я перевела глаза в сторону кровати и
увидела маму и дядю Фреда. Моя мама, милая, красивая, чудесная мама
которой я преклонялась, сидела на постели совершенно обнаженной в
объятиях совершенно голого дяди Фреда. Одной рукой он держал маму
за грудь, а другая его рука была, где то между маминых ног. При
розовом свете торшера я отчетливо видела их голые тела. Фред прижал
к себе маму, губы их слились в долгом страстном поцелуе. Потом мама
легла на кровать и широко раскинула ноги согнутые в коленях. Дядя
Фред улегся на маму и оба они тяжело задышали. Я едва-едва не
закричала и не помню, как очутилась в своей комнате. Увиденное
потрясло меня. В голове шумело, сердце готово было выскочить из
груди. Правда, все подобное я видела на картинках у Марты, но ведь
то были фотокарточки, а это была действительность... и моя мама! Я
невольно коснулась рукой моих половых органов и сразу же отдернула
руку. Она была влажной и горячей. Ночью я видела маму и себя
совершенно обнаженными в объятиях Фреда. Я несколько раз
просыпалась и вновь тревожно засыпала. Утром мама позвала меня к
завтраку. Я внимательно посмотрела на нее: никаких изменений не
заметила. Наоборот, мама была в самом отличном настроении, много
смеялась, шутила, и я даже начала подумывать: не приснилось ли мне
все это. Весь день я гуляла с девочками в лесопарке, а вечером
приехала Марта и мы заперлись в ее комнате. Марта привезла из
Стокгольма целую кипу журналов, которые мы начали с жадностью
рассматривать. Теперь я уже совсем по-другому и с особым интересом
разглядывала и всматривалась в разные детали картинок эротического
содержания сравнивая их с тем, что недавно увидела на экране и на
... маминой кровати. Я была настолько сильно возбуждена, что решила
рассказать Марте, но только не все, а про кинокартину, которую
случайно подсмотрела дома. О маме и Фреде я естественно умолчала.