Проехало чучело, ухватило лапой мужика, посадило с собой рядом;  пом-
чались к озеру да с кручи вместе - прыг в  воду,  очутились  на  зеленом
дне.
   - Ну, - говорит ему чучело, - народ мутить, меня  ловить  будешь  али
нет?
   - Нет, уж теперь мне, батюшка водяной, не до смеху.
   - А чем ты себя можешь оправдать, чтобы я тебя сейчас не съел?
   - Мы народ рабочий, - отвечает мужик, - поработаю на тебя.
   - А что делать умеешь?
   - Неученые мы, батюшка водяной, только баклуши и бьем.
   - Хорошо, - говорит водяной, - бей баклуши... - и ушел.
   Стал мужик из осиновых чурбанов баклуши  бить,  сам  плачет,  рыдает.
Много набил, целую кучу.
   Пришел водяной и удивился:
   - Ты что это вытворяешь?
   - Баклуши бью, как вы приказали.
   - А на что мне баклуши?
   Почесал мужик спину:
   - Ложки из них делать.
   - А на что мне ложки?
   - Горячее хлебать.
   - Ах ты дурень, ведь я одну сырую рыбу ем. Ни к чему  ты,  мужик,  не
годишься. Держись.
   Щелкнул водяной мужика по маковке и обернул его в ерша.
   Потом усы раздвинул, рот раскрыл и стал ерша  заглатывать.  А  мужик,
хоть и в ерша перевернулся, и тут угодить не мог; уперся водяному  попе-
рек горла щетиной. Закашлял водяной, задавился, вытащил ерша  и  выкинул
его из воды на берег. Отдышался мужик, встал на ноги, с своем виде,  по-
чесался и сказал:
   - Ну да, оно ведь это тоже нелегко, с крестьянством-то.
 
 
   КИКИМОРА
 
   Над глиняным яром - избушка, в избушке старушка живет и  две  внучки:
старшую зовут Моря, младшую Дуничка.
   Один раз - ночью - лежит Моря на печи, - не спится. Свесила голову  и
видит.
   Отворилась дверь, вошла какая-то лохматая  баба,  вынула  Дуничку  из
люльки и - в дверь - и была такова.
   Закричала Моря.
   - Бабынька, бабынька, Дуньку страшная баба унесла...
   А была та баба - кикимора, что крадет детей, а в люльку  подкладывает
вместо них полено.
   Бабушка - искать-поискать, да, знать, кикимора под яр ушла в омут зе-
леный. Вот слез-то что было!
   Тоскует бабушка день и ночь. И говорит ей Моря:
   - Не плачь, бабушка, я сестрицу отыщу.
   - Куда тебе, ягодка, сама только пропадешь.
   - Отыщу да отыщу, - твердит Моря. И раз, когда  звезды  высыпали  над
яром, Моря выбежала крадучись из избы и пошла куда глаза глядят.
   Идет, попрыгивает с ноги на ногу и видит - стоит над яром дуб, а вет-
ки у дуба ходуном ходят. Подошла ближе, а из дуба торчит борода и  горят
два зеленых глаза...
   - Помоги мне, девочка, - кряхтит дуб, - никак не могу нынче в  лешего
обратиться, опояшь меня пояском.
   Сняла с себя Моря поясок, опоясала дуб. Запыхтело под корой,  завози-
лось, и встал перед Морей старый леший.
   - Спасибо, девка, теперь проси чего хочешь.
   - Научи, дедушка, где сестрицу отыскать, ее злая кикимора унесла.
   Начал леший чесать затылок... А как начесался - придумал.
   Вскинул Морю на плечи и побежал под яр, вперед пятками.
   - Садись за куст, жди, - сказал леший и на берегу омута  обратился  в
корягу, а Моря спряталась за его ветки.
   Долго ли так, коротко ли, замутился зеленый омут, поднялась над водой
косматая голова, фыркнула, поплыла и вылезла на берег кикимора. На  каж-
дой руке ее по пяти большеголовых младенцев - игошей - и еще один за па-
зухой.
   Села кикимора на корягу, кормит  игошей  волчьими  ягодами.  Младенцы
едят, ничего, - не давятся.
   - Теперь твоя очередь, - густым голосом  сказала  кикимора  и  вынула
из-за пазухи ребеночка.
   - Дуничка! - едва не закричала Моря.
   Смотрит на  звезды,  улыбается  Дуничка,  сосет  лохматую  кикиморину
грудь.
   А леший высунул сучок корявый да за ногу кикимору и схватил...
   Хотела кинуться кикимора в воду - никак не может.
   Игоши рассыпались по траве, ревут  поросячьими  голосами,  дрыгаются.
Вот пакость!
   Моря схватила Дуничку - и давай бог ноги.
   - Пусти - я девчонку догоню, - взмолилась к лешему кикимора.
   Стучит сердце. Как ветер летит Моря. Дуничка ее ручками за  шею  дер-
жит...
   Уже избушка видна... Добежать бы... А сзади - погоня: вырвалась кики-
мора, мчится вдогонку, визжит, на сажень кверху подсигивает...
   - Бабушка! - закричала Моря.
   Вот-вот схватит ее кикимора. И запел петух: "Кукареку, уползай, ночь,
пропади, нечисть!"
   Осунулась кикимора, остановилась и разлилась  туманом,  подхватил  ее
утренний ветер, унес за овраг.
   Бабушка подбежала. Обняла Морю, взяла Дуничку на руки. Вот радости-то
было.
   А из яра хлопал деревянными ладошами, хохотал старый дед-леший. Смеш-
ливый был старичок.
 
 
   ДИКИЙ КУР
 
   В лесу по талому снегу идет мужик, а за мужиком крадется дикий кур.
   "Ну, - думает кур, - ухвачу я его".
   Мужик спотыкается, за пазухой булькает склянка с вином.
   - Теперь, - говорит мужик, - самое время выпить, верно?
   - Верно! - отвечает ему кур за орешником...
   - Кто это еще разговаривает? - спросил мужик и остановился.
   - Я.
   - Кто я?
   - Кур.
   - Дикий?
   - Дикий...
   - К чему же ты в лесу?
   Кур опешил:
   - Ну, это мое дело, почему я в лесу, а ты чего шляешься, меня  беспо-
коишь?
   - Я сам по себе, иду дорогой...
   - А погляди-ка под ноги.
   Глянул мужик, - вместо дороги - ничего нет, а из  ничего  нет  торчит
хвост петушиный и лапа - кур глаза отвел.