- Я думаю, что вы очень хороший фавн. Вы самый милый  фавн,  с  каким  я
встречалась.
   - А-а, вы бы так не говорили, если  бы  знали,  -  отвечал,  всхлипывая,
мистер Тамнус. - Нет, я плохой фавн. Такого плохого фавна не было  на  всем
белом свете.
   - Да что вы натворили? - спросила Люси.
   - Мой батюшка... это его портрет там, над камином... он бы ни за что так
не поступил...
   - Как - так? - спросила Люси.
   - Как я, - сказал фавн. - Пошел на службу к Белой Колдунье
   - вот что я сделал. Я на жалованье у Белой Колдуньи.
   - Белой Колдуньи? Кто она такая?
   - Она? Она та самая, у кого вся Нарния под  башмаком.  Та  самая,  из-за
которой у нас вечная зима. Вечная зима, а Рождества и весны все нет и  нет.
Только подумайте!
   - Ужасно! - сказала Люси. - Но вам-то она за что платит?
   - Вот тут и есть  самое  плохое,  -  сказал  мистер  Тамнус  с  глубоким
вздохом. - Я похититель детей, вот за что. Взгляните  на  меня,  дочь  Евы.
Можно ли поверить, что я способен,  повстречав  в  лесу  бедного  невинного
ребенка, который не причинил мне никакого зла, притвориться, будто дружески
к нему расположен, пригласить к себе в пещеру и усыпить своей флейтой - все
ради того, чтобы отдать несчастного в руки Белой Колдуньи?
   - Нет, - сказала Люси. - Я уверена, что вы не способны так поступить.
   - Но я поступил так, - сказал фавн.
   - Ну что ж, - отозвалась Люси, помедлив (она не хотела говорить неправду
и вместе с тем не хотела быть очень уж суровой с ним), - что  ж,  это  было
нехорошо с вашей стороны. Но вы сожалеете о своем поступке,  и  я  уверена,
что больше вы так никогда не сделаете.
   - О, дочь Евы, неужели вы не понимаете? - спросил фавн. - Я не  когда-то
раньше поступил так. Я делаю так сейчас, в этот самый миг.
   - Что вы хотите сказать?! - вскричала Люси и побелела как полотно.
   - Вы - тот самый ребенок, - проговорил мистер  Тамнус.  -Белая  Колдунья
мне приказала, если я вдруг увижу в лесу сына Адама или дочь  Евы,  поймать
их и передать ей. А вы -первая, кого я встретил. Я притворился вашим другом
и позвал к себе выпить чаю, и все это время я ждал, пока вы заснете,  чтобы
пойти и сказать обо всем ей.
   - Ах, но вы же не скажете ей обо мне, мистер Тамнус! -воскликнула  Люси.
- Ведь, правда, не скажете? Не надо, пожалуйста, не надо!
   - А если я ей не скажу, - подхватил он, вновь принимаясь плакать. -  она
непременно об этом узнает. И велит отрубить мне  хвост,  отпилить  рожки  и
выщипать бороду. Она  взмахнет  волшебной  палочкой  -  и  мои  хорошенькие
раздвоенные копытца превратятся в  копытища,  как  у  лошади.  А  если  она
особенно разозлится, она обратит меня в камень, и я сделаюсь статуей  фавна
и буду стоять в ее страшном замке до тех  пор,  пока  все  четыре  трона  в
Кэр-Паравеле не окажутся  заняты.  А  кто  ведает,  когда  это  случится  и
случится ли вообще.
   - Мне очень жаль, мистер Тамнус,  -  сказала  Люси,  -  но,  пожалуйста,
отпустите меня домой.
   - Разумеется, отпущу, - сказал фавн. - Разумеется, я должен это сделать.
Теперь мне это ясно. Я не знал, что такое Люди,  пока  не  повстречал  вас.
Конечно, я не могу выдать вас Колдунье теперь, когда я с вами познакомился.
Но нам надо скорее уходить. Я провожу вас  до  фонарного  столба.  Вы  ведь
найдете оттуда дорогу в Платенашкаф и Пуста-Якомнату?
   - Конечно, найду, - сказала Люси.
   - Надо идти как можно тише,  -  сказал  мистер  Тамнус.  -Лес  полон  ее
шпионов. Некоторые деревья и те на ее стороне.
   Они даже не убрали со стола. Мистер Тамнус снова  раскрыл  зонтик,  взял
Люси под руку, и они вышли из пещеры наружу. Путь  обратно  был  совсем  не
похож на путь в пещеру фавна: не обмениваясь ни  словом,  они  крались  под
деревьями чуть не бегом.  Мистер  Тамнус  выбирал  самые  темные  местечки.
Наконец они добрались до фонарного столба. Люси вздохнула с облегчением.
   - Вы знаете отсюда дорогу, о дочь Евы? - спросил мистер Тамнус.  -  Люси
вгляделась в темноту и увидела  вдали,  между  стволами  деревьев,  светлое
пятно.
   - Да, - сказала она, - я вижу открытую дверцу платяного шкафа.
   - Тогда бегите скорее домой, - сказал  фавн,  -  и...  вы...  вы  можете
простить меня за то, что я собирался сделать?
   - Ну, конечно же, - сказала Люси, горячо, от всего  сердца  пожимая  ему
руку. - И я надеюсь, у вас не будет из-за меня больших неприятностей.
   - Счастливого пути, дочь Евы, - сказал он. - Можно я оставлю ваш  платок
себе на память?
   - Пожалуйста, - сказала Люси и со всех ног помчалась  к  далекому  пятну
дневного света. Вскоре она почувствовала, что руки ее раздвигают не колючие
ветки деревьев, а мягкие меховые шубы, что под ногами у  нее  не  скрипучий
снег, а деревянные планки, и вдруг - хлоп! -  она  очутилась  в  той  самой
пустой комнате, где начались ее приключения.  Она  крепко  прикрыла  дверцу
шкафа  и  оглянулась  вокруг,  все  еще  не  в  силах  перевести   дыхание.
По-прежнему шел дождь, в коридоре слышались голоса ее сестры и братьев.
   - Я здесь!- закричала она. - Я здесь. Я вернулась. Все в порядке.




   3. ЭДМУНД И ПЛАТЯНОЙ ШКАФ

   Люси выбежала из пустой комнаты в коридор, где были все остальные.