Луис Ламур.
    Соль земли


   Louis L'Amour "The Sky-Liners"
   Серия: Sackett Titles
   Перевод: А. Иванова и Ю. Кузнецова
   Опубликовано: журнал "Одноклассник" 1991 г.
   OCR: Территория вестерна - http://westerns.agava.ru
   Spellcheck: Max Levenkov, sackett@chat.ru, 02 Aug 2001


ГЛАВА ПЕРВАЯ

   Люди,  которые знают Черного Фетчена, стараются держаться подальше, когда
он из прерий выезжает в город.
   Земля Фетчена - вверх  по  Синкин  Крик, а  мы - Сакетты -  не часто  там
бываем, так что  наши дорожки не пересекались, но о его проделках наслышаны:
убийство  на Кени Форк, перестрелки и поножовщины где-то шесть-семь лет тому
назад.  Правда, в этих делах он не одинок. И другие Фетчены бала-мутили этот
край и прилегающие равнины.  Из  уст в уста кочует история о том, как Черный
Фетчен прискакал в Тейзвелл и освободил пару ребят из своей банды.
   Полное его имя Джеймс Черный Фетчен, но все  его звали просто Черный, что
соответствовало его  делишкам.  Он и впрямь был смуглым красивым  мужчиной -
смелым, норовистым, хорошо владевшим  как кулаками,  так и  пистолетом.  Его
ребята - Тори Фетчен и Колби Рафин, под стать ему.
   В Тейзвелл мы с Галлоуэем забрели по делу. Нужно было заплатить последний
должок Па.  Пару лет тому назад у отца  неважно пошли дела.  Мы  должны были
заплатить должок чести,  так что Галлоуэй и я приехали из прерий, чтобы  все
уладить.
   На Запад мы попали два  года  тому назад, когда мне было двадцать  два, а
Галлоуэю  -  двадцать один. Мы работали в Санта  Фэ на  погрузочных работах,
прокладывали горную железнодорожную ветку и перегоняли по ней стадо бычков в
Техас. Так  было  до  тех пор, пока  мы не занялись охотой на бизонов.  Этим
можно было прокормиться.
   Где-то в это же время мы узнали, что один из наших родственников - Уильям
Телл Сакетт - попал в затруднение в Моголлоне. Мы оседлали коней  и  галопом
помчались на помощь. Когда кто-то из Са-кетов в беде, родня не оставит его.
   Этот долг в Тейзвелле был последним, но с ним уплыл и наш последний цент.
После  двух лет работы нужно было  все начинать сначала.  У нас не  осталось
ничего, кроме винтовок, револьверов и пары одеял. Когда мы вернулись с охоты
в Теннесси, вынуждены были продать и своих лошадей.
   Мы проскакали через горы и, въехав в город, свернули на водокачку. Утолив
жажду, пересекли улицу и направились к магазину, где нашему отцу дали в свое
время кредит, когда он сидел на мели.
   Мы уже  было одолели  добрую половину улицы,  как  вдруг появилась группа
парней на  лошадях, вооруженные  и нагруженные, словно  для боя или охоты на
медведя.
   При виде всадников местные жители, поджав хвост, сматывали удочки. Нам же
деваться  было некуда. Да  и  чего,  спрашивается? Так мы и застыли  посреди
улицы, когда  всадники налетели прямо  на  нас. Одни из  них,  полоснув меня
арапником, заорал: "Убирайся с дороги!"
   Ну я, конечно, протянул руку и  перехватил плеть. А  надо сказать, что уж
если  я  к чему  приложу  руку,  то держись. Арапник  был  привязан у него к
запястью  так, что,  когда я дернул, парень оставил  свое  седло и плюхнулся
прямо в пыль. Увидев  эту  картину, остальные натянули вожжи и остановились,
предвкушая интересное зрелище.
   Тот,  что сидел  в  пыли, недолго  думая,  вскочил на  ноги  и с кулаками
кинулся на меня.
   Сакетты всегда отличались в драке, а мы с Галлоуэем, кроме того, пару лет
поработали  с  ирландскими  путеукладчиками и  грузчиками,  которые  владели
кулаками  не  хуже  нашего. Когда  незнакомец размахнулся,  прицелившись мне
прямо в лицо, я, естественно, шагнул вперед  и двинул его  коротким  ударом.
Его голова дернулась назад, словно к ней приложились обухом топора. Он снова
окунулся в дорожную пыль. В это время я услышал, как Галлоуэй  кротко бросил
остальным:
   - Ну,  давай,  кто хочет! Держу пари, что прежде,  чем вы достанете меня,
четыре-пять седел останутся без ездоков.
   В левой  руке у меня была винтовка, я вскинул ее, приготовившись к новому
повороту  событий. Двое  против девяти. Похоже  было, что  сейчас  прольется
кровь.
   Но никто не двинулся с места.
   Красавец-великан, возглавлявший ковбоев, глянув на нас, сказал:
   - Я Черный Фетчен! Галлоуэй повернулся ко мне:
   - Ты слышал, он говорит - Черный Фетчен. Ну, как, Флэган, тебе страшно?
   -Я как-то забыл подумать об этом. -  ответил я.  - Раз или два  в жизни я
действительно был напуган.  Помнишь того  команча на равнине. В какой-то миг
мне показалось, что он прикончит меня.
   - Но ты догнал его, Флэган: так что будем делать с этой компанией?
   - Он честно признался, кто он. Думаю, ему можно доверять.
   Пока мы говорили. Черный Фетчен все больше впадал в бешенство.
   - С меня довольно! - крикнул он.
   - Постой, Черный! -  заговорил Колби  Рафин.  - Я  видел этих двоих около
Гэпа. Это - Сакетты. Говорят, они вернулись домой из прерий.
   Это правда, нам, Сакеттам, приходится встречаться с ковбоями на верхних и
нижних землях вот уже около ста лет.  Но никто не скажет, что мы не записали
на  свой  счет  приличную  долю скальпов, и никто не  упрекнет  нас,  что мы
когда-нибудь искали неприятностей.
   Когда  Рафин сказал это, Фетчен сидел в своем седле. Он  понял, что имеет
дело не с желторотыми юнцами с гор, ломающими комедию. Он храбрый парень, но
не дурак, чтобы напороться на выстрел винчестера  с расстояния сорока футов.