Джек Лондон
   ЗОВ ПРЕДКОВ


   Изд. "Правда", 1984 г.
   OCR Палек, 1998 г.


   I
   К ПЕРВОБЫТНОЙ ЖИЗНИ

   Древние бродячие инстинкты
   Перетирают цепь привычки и веков,
   И, просыпаясь от глубокой спячки,
   Вновь дикий зверь выходит из оков

   Бэк не читал газет и потому не знал, что надвигается беда - и  не  на
него одного, а на всех  собак  с  сильными  мышцами  и  длинной,  теплой
шерстью, сколько их ни было от залива Пюджет до Сан-Диего. И все оттого,
что люди, ощупью пробираясь сквозь полярный мрак, нашли желтый металл, а
пароходные и транспортные компании раструбили повсюду об этой находке, -
и тысячи людей ринулись на Север. Этим людям нужны были  собаки  крупной
породы, сильные, годные для тяжелой работы, с густой и длинной  шерстью,
которая защитит их от морозов.
   Бэк жил в большом доме, в солнечной долине Санта-Клара. Место это лю-
ди называли "усадьбой судьи Миллера". Дом стоял в стороне от дороги, по-
лускрытый за деревьями, и сквозь ветви виднелась только  веранда,  прос-
торная и тенистая, окружавшая дом со всех сторон. К дому вели посыпанные
гравием дорожки, они вились по широким лужайкам под стройными  тополями,
ветви которых сплетались между собой. Территория за домом была  еще  об-
ширнее. Здесь находились большие конюшни, где  хлопотала  добрая  дюжина
конюхов и их подручных, тянулись ряды увитых  диким  виноградом  домиков
для прислуги и строго распланированная сеть всяких надворных построек, а
за ними зеленели виноградники, пастбища, плодовые сады и ягодники.  Была
тут и насосная установка для артезианского колодца и  большой  цементный
плавательный бассейн, где сыновья судьи купались каждое утро, а в жаркую
погоду и днем.
   И все это обширное поместье было царством  Бэка.  Здесь  он  родился,
здесь прожил все четыре года своей жизни. Конечно, были тут и другие со-
баки. В таком большом поместье их не могло не быть, но  они  в  счет  не
шли. Они появлялись и исчезали, жили в тесных конурах или влачили  неза-
метное существование где-то в глубине дома, вот как Туте, японский  моп-
сик, или Изабель, мексиканская собачка совсем без  шерсти,  нелепые  су-
щества, которые редко высовывали нос на вольный воздух  и  появлялись  в
саду или во дворе. Кроме того,  была  в  усадьбе  целая  компания  фокс-
терьеров - десятка два, не меньше, - и они грозно лаяли на Тутса и  Иза-
бель, когда те смотрели на них из окон, находясь под защитой армии  слу-
жанок, вооруженных половыми щетками и швабрами.
   Но Бэк не был ни комнатной собачкой, ни дворовым  псом.  Вся  усадьба
была в его распоряжении. Он плавал в бассейне и ходил  на  охоту  с  сы-
новьями судьи. Он сопровождал его дочерей, Молли и Алису,  когда  они  в
сумерки или ранним утром отправлялись на прогулку. В  зимние  вечера  он
лежал у ног судьи перед пылающим камином в библиотеке. Он катал на спине
внучат судьи или кувыркался с ними в траве и оберегал их во время смелых
и чреватых опасностями вылазок до самого фонтана на заднем дворе и  даже
еще дальше, туда, где начинался выгон и ягодники. Мимо  фокстерьеров  он
шествовал с высокомерным видом, а Тутса и Изабель попросту  не  замечал,
ибо он был королем, властителем над всем, что ползало, бродило и  летало
в поместье судьи Миллера, включая и его двуногих обитателей.
   Отец Бэка, Элмо, огромный сенбернар, был когда-то неразлучным спутни-
ком судьи, и Бэк обещал стать достойным преемником отца. Он был не такой
громадиной, как тот, весил только сто сорок фунтов, так  как  мать  его,
Шеп, была шотландская овчарка. Но и сто сорок фунтов веса,  если  к  ним
еще прибавить то чувство собственного достоинства, которое рождается  от
хорошей жизни и всеобщего уважения, дают право держать себя по-королевс-
ки. Четыре года - с самого раннего щенячьего возраста -  Бэк  вел  жизнь
пресыщенного аристократа, был преисполнен гордости и даже несколько эго-
центричен, как это иногда бывает со знатными господами, живущими в своих
поместьях уединенно, вдали от света. Но Бэка спасало то, что он не  стал
избалованной комнатной собакой. Охота и  тому  подобные  развлечения  на
свежем воздухе не давали ему разжиреть, укрепляли мускулы. А  купание  в
холодной воде закаляло его и сохраняло здоровье.
   Так жил пес Бэк до той осени 1897 года, когда открытие золота в Клон-
дайке привлекло на холодный Север людей со всех концов света. Бэк ничего
об этом не знал, ибо не читал газет. Не знал он также, что дружба с  Ма-
нуэлем, одним из подручных садовника, не сулит ему  ничего  доброго.  За
Мануэлем водился большой порок: страсть к китайской лотерее. К тому же у
этого азартного игрока была одна непобедимая слабость - он верил в  свою
систему, и потому было совершенно ясно, что он погубит свою душу.  Чтобы
играть по системе, нужны деньги, а  жалованья  младшего  садовника  едва
хватало на нужды его жены и многочисленного потомства.
   В памятный день предательства Мануэля судья Миллер уехал на  собрание
общества виноделов, а мальчики были заняты устройством спортивного  клу-
ба, поэтому никто не видел, как Мануэль и Бэк прошли через сад,  отправ-
ляясь (так думал Бэк) на обыкновенную прогулку. И только один-единствен-
ный  человек  видел,  как  они  пришли  на  маленький  полустанок  "Кол-
ледж-парк", где поезд останавливался по требованию. Человек этот  потол-
ковал о чем-то с Мануэлем, потом зазвенели деньги, переданные из  рук  в
руки.