Дейл Карнеги

                  Как вырабатывть уверенность в себе
                 и влиять на людей, выступая публично

                                - 1 -

                             Глава первая

               Как развить смелость и уверенность в себе

     С 1912 года  свыше пятисот тысяч  мужчин и женщин  были слушателями
курсов ораторского искусства, где применялся мой метод. Многие из них  в
письменной  форме  объяснили,  почему  они  стали изучать этот предмет и
чего они рассчитывали достичь  в результате занятий. Разумеется,  каждый
высказывается  по-своему,  но  главное  стремление  авторов  этих писем,
основная    потребность,    испытываемая    подавляющим    большинством,
поразительно  совпадают.  "Когда  мне  приходится  вставать  и  начинать
говорить, - пишет один из моих корреспондентов, - я чувствую себя  таким
скованным,  так  волнуюсь,  что  не  в  состоянии  ясно мыслить, не могу
сосредоточиться, забываю, что я имел  в виду сказать. Я хочу  приобрести
уверенность в  себе, спокойствие  и способность  мыслить, выступая перед
аудиторией.  Я  хочу  научиться  располагать  свои  мысли  в  логическом
порядке, ясно и убедительно  высказываться перед группой или  аудиторией
в деловой сфере или в  клубе". Тысячи высказываний носят почти  такой же
характер.
     Приведу  конкретный  пример.  Несколько  лет назад один джентльмен,
которого  я  назову  здесь  мистером  Д.У.Джентом, стал слушателем моего
курса ораторского мскусства в  Филадельфии. Вскоре после начала  занятий
он пригласил  меня позавтракать  с ним  в клубе  промышленников. Это был
уже  немолодой  человек,  который  всегда  вел  активный  образ   жизни:
возглавлял  свое  предприятие,  играл  ведущую  роль в жизни религиозной
общины, а  также занимался  общественной деятельностью.  Когда мы сидели
за столом в тот день, он наклонился ко мне и сказал:
     - Мне неоднократно предлагали выступать на различных собраниях,  но
я  никак  не  мог  этого  сделать;  я  начинаю так волноваться, в голове
делается совершенно пусто, и поэтому я всю жизнь уклонялся от  публичных
выступлений. Но  теперь, когда  я стал  председателем совета попечителей
колледжа, я должен председательствовать на его заседаниях, и мне  просто
необходимо  ччто-то  говорить...  Как  вы  думаете,  я  смогу  научиться
высутпать в моем возрасте?
     - Сможете ли вы,  мистер Джент? - ответил  я. - В этом  нет никаких
сомнений. Я знаю, что вы сможете, и знаю, что вы научитесь, если  только
будете практиковаться и следовать моим указаниям и рекомендациям.
     Ему  хотелось  верить  мне,  но  перспектива  казалась  ему слишком
радужной, слишком оптимистичной.
     - Боюсь, вы говорите так из одной лишь любезности, - ответил он.  -
Вы только пытаетесь ободрить меня.
     После того  как он  закончил учебный  курс, мы  на некоторое  время
потеряли связь, а позднее снова встретились и снова позавтракали  вместе
в клубе промышленников. Мы сидели в  том же углу, за тем же  столом, что
и  в  прошлый  раз.  Я  напомнил  ему  о  нашем  разговоре  и   спросил,
действительно  ли  я  проявил  чрезмерный  оптимизм. Он вынул из кармана
записную  книжку  в  красном  переплете  и  показал  мне  список   своих
предстоящих  публичных  выступлений   и  даты,  на   которые  они   были
назначены.
     -  Способность   выступать,  удовольствие,   которое  я   при  этом
испытываю, дополнительная польза, которую  я могу приносить обществу,  -
все это входит в число самых радостных явлений в моей жизни.
     Незадолго перед этим в Вашингтоне состоялась важная конференция  по
вопросам   разоружения.   Когда    стало   известно,   что    английский
премьер-министр  намеревается  принять  в  ней  участие, филадельфийские

                                - 2 -

баптисты послали  ему телеграмму  с приглашением  выступить на  массовом
митинге,  который  было  решено  созвать  в  их  городе.  И мистер Джент
сообщил  мне,  что  из  всех  баптистов  города  именно  его   попросили
представить аудитории английского премьера.
     И это был тот самый человек, который менее трех лет назад сидел  со
мной за  этим самым  столом и  мрачно спрашивал,  что я  думаю по поводу
того, сможет ли он когда-либо научиться выступать публично!
     Была ли та быстрота,  с которой он приобрел  способность выступать,
необычным  явлением?  Вовсе  нет.  Наблюдались  сотни таких же примеров.
Приведу лишь один  из них. Несколько  лет назад один  бруклинский врач -
назовем его  доктором Кэртисом  - провел  зиму во  Флориде неподалеку от
тренировочной  площадки  бейсбольной  команды  "Гиганты". Будучи заядлым
бейсбольным  болельщиком,  он  часто  ходил  смотреть  на ее тренировки.
Вскоре  он  очень  подружился  с  командой,  и его пригласили на банкет,
устроенный в ее честь.
     После того как были поданы кофе и орехи, некоторых почетных  гостей
попросили "сказать  несколько слов".  И совершенно  неожиданно, как снег
на голову, на него обрушились слова распорядителя:
     -  Сегодня  здесь  присутствует  врач,  и я попрошу доктора Кэртиса
рассказать нам об охране здоровья бейсболистов.
     Был ли он подготовлен для такого выступления? Конечно, был. У  него
была  прекраснейшая  подготовка  -  он  изучал гигиену и работал лечащим
врачом почти треть века.  Он мог бы, сидя  в кресле, проговорить на  эту
тему хоть всю ночь с человеком,  сидящим рядом. Но встать и то  же самое
сказать даже небольшой аудитории - это было совсем другое дело. Это  его
парализовало,  у  него  началось  сердцебиение  и  перебои. Он никогда в
жизни не  выступал публично,  и все  мысли немедленно  испарились из его
головы.