Особенно напряженно  я работал в первые месяцы. Студенты
сначала были критически настроены по отношению ко мне и  ста-
рались подловить  меня  на  некомпетентности или обнаружить у
меня какую-либо слабинку.  Лишь постепенно ушла  моя  робость
новичка. Однако  заказы на строительство,  которые я надеялся
выполнить в щедро отпущенное мне свободное время, не поступа-
ли. Наверное,  я  слишком  уж моложаво выглядел,  кроме того,
строительная деятельность находилась в упадке вследствие эко-
номической депрессии. Исключением стал заказ на строительство
гейдельбергского дома родителей моей жены.  Это была неприме-
чательная постройка,  за  которой  последовали  еще несколько
творений того же рода:  два пристроенных к виллам на  Ваннзее
гаража и перепланировка берлинского общежития службы по обме-
ну кадрами высших учебных заведений.
     В 1930  г.  мы на своих двух байдарках поплыли от петель
Дуная вниз по течению до Вены. Когда мы вернулись, 14 сентяб-
ря состоялись  выборы в рейхстаг,  оставшиеся у меня в памяти
только потому,  что их результат чрезвычайно взволновал моего
отца. НСДАП  получила  107  мандатов  и  внезапно оказалась в
центре политических дебатов.  Непредвиденный успех на выборах
пробудил в моем отце самые мрачные опасения, связанные прежде
всего с социалистическими тенденциями в НСДАП;  он  ведь  уже
был обеспокоен силой социал-демократов и коммунистов.
     Наш технический институт тем временем стал гнездом наци-
онал-социализма. В  то  время  как  небольшая  группа студен-
тов-коммунистов сконцентрировалась  в   семинаре   профессора
Пельцига, национал-социалисты  собирались  у Тессенова,  хотя
сам он был и оставался открытым врагом гитлеризма.  И все  же
были невысказанные  и нечаянные переллели между его учением и
идеологией национал-социалистов.  Конечно, Тессенов не созна-
вал, что они есть.  Без сомнения,  он пришел бы в негодование
при мысли о родстве между его представлениями и  национал-со-
циалистическими взглядами.
     Тессенов среди прочего учил:  "Стиль выходит из  народа.
Само собой разумеется,  что родину любят. Интернационализм не
может дать никакой истинной культуры.  Она выходит только  из
материнского лона народа. 1 < >
     Гитлер также отвергал интернационализацию искусства, его
соратники видели  в  родной почве корни обновления.  Тессенов
осуждал большие  города,  противопоставляя  им   крестьянские
представления: "Большой город - ужасная вещь. Большой город -
это хаос старого и нового. Большой город - это борьба, жесто-
кая борьба.  Все  уютное следует оставить за его пределами...
Там, где городское встречается  с  крестьянами,  крестьянство
гибнет. Жаль, что нельзя иметь крестьянский менталитет". Точ-
но таким же образом Гитлер выступил против морального  разло-
жения в больших городах,  предостерегал против вреда, которым
цивилизация угрожает биологической субстанции народа,  и про-
черкивал важность   сохранения   здорового  крестьянства  как
стержня государства.
     Гитлер умел инстинктивно схватывать подобные направления
общественного сознания своего времени, частично еще неосязае-
мые и  находящиеся в диффузном состоянии,  формулировать их и
использовать в своих целях.
     На консультациях студенты-национал-социалисты часто втя-
гивали меня в политические дискуссии.  Конечно, мнения Тессе-
нова вызывали  страстные споры.  Слабые аргументы,  которые я
пытался почерпнуть из политического словаря моего  отца,  они
без труда опровергали с диалектической искушенностью.
     Студенческая молодежь того времени  искала  свои  идеалы
преимущественно в лагере экстремистов,  и гитлеровская партия
как раз и обратилась к идеализму этого  мятущегося поколения.
А разве Тессенов не подстегивал их фанатизм?  Примерно в 1931
г. он высказался следующим образом:  "По всей видимости, дол-
жен будет  появиться  кто-то  с совсем примитивным сознанием.
Мышление наших современников стало слишклм уж сложным.  Необ-
разованный человек,  какой-нибудь  крестьянин  гораздо  легче
смог бы решить все проблемы, именно потому, что он еще не ис-
порчен. Он  также  нашел  бы в себе силы для реализации своих
простых идей. 2 < > Нам казалось, это беглое замечание приме-
нимо к Гитлеру.
     В это время Гитлер выступал на берлинской "Заячьей  пус-
тоши" перед студентами Берлинского университета и Техническо-
го института.  Мои студенты потащили  меня,  правда,  еще  не
убежденного, но колеблющегося,  с собой,  и я пошел.  Грязные
стены, узкие проходы и неухоженные интерьеры производили впе-
чатление бедности;  обычно  здесь  проходили рабочие пирушки.
Зал был переполнен.  Казалось,  будто почти все  студенчество
Берлина хотело видеть и слышать этого человека,  которому его
сторонники приписывали столько замечательного, а противники -
так много плохого. Многочисленная профессура сидела на почет-
ных местах в центре лишенных каких-либо украшений подмостков;
ее присутствие,  собственно,  только и придавало общественное
значение этому мероприятию.  Нашей группе тоже  удалось  про-
биться на хорошие места на трибуне недалеко от оратора.
     Гитлер появился,  приветствуемый многочисленными сторон-
никами из числа студентов.  Уже сам по себе этот восторг про-
извел на меня большое впечатление.  Но и его выступление было
для меня неожиданностью.  На плакатах и карикатурах его изоб-
ражали в гимнастерке с портупеей,  с нарукавной  повязкой  со
свастикой и с диковатой челкой. Здесь же он появился в хорошо
сидящем синем костюме, он старался продемонстрировать хорошие
буржуавзные манеры,  все  подчеркивало  впечатление  разумной
сдержанности. Позднее я узнал, что он отлично умел - осознан-
но или интуитивно - приспосабливаться к своему окружению.