Содержание - одна из частей формы", - безапелляционно заявляли они.
   Что же связывало реалиста Есенина с имажинистами?
   Главным   здесь  было  стремление  Есенина  попытаться  утвердить  свою
поэтическую  школу. К этому времени Есенин порывает с литературной группой
"Скифов"   (Иванов-Разумник,  Н.  Клюев,  А.  Белый).  Отходит  он,  после
некоторого сближения, и от поэтов Пролеткульта (М. Герасимов и др.), верно
почувствовав,   что   наполненные  "зовом  гудков"  их  космические  стихи
воссоздают только фигуру "внешнего пролетария".
   В  первые  годы  революции Есенин  проявляет особый интерес к  познанию
природы  художественного  образа,   отношению  поэзии  к  жизни  и  другим
эстетическим проблемам.  В 1918 году он печатает свою теоретическую работу
"Ключи Марии".
   Поэт  исключительно  строго  подходит  к  оценке  и  своих  стихов,   и
творчества других писателей.  "Я очень много болел за эти годы, - отвечает
он в одном из писем той поры,  -  очень много изучал язык и к ужасу своему
увидел, что... все мы, в том числе и я, не умеем писать стихов".
   Сближаясь с имажинистами,  Есенин поначалу считал, что его эстетические
принципы  близки  к   их   творческим  устремлениям.   На  самом  же  деле
формалистическое творчество  имажинистов  было  глубоко  чуждо  есенинской
поэзии.  Не  будучи  в  силах  свернуть  Есенина  с  реалистического пути,
имажинисты порой уводили его на  свои извилистые литературные проселки.  В
"Стойле  Пегаса",   литературном  кафе  имажинистов,  Есенина  чаще  всего
окружали  люди  богемно-буржуазного толка.  Все  это  оказывало нездоровое
влияние на поэта, и в конечном итоге - на его творчество.
   Трагическая тема  человека,  чуждого по  духу деклассированной богеме и
стремящегося  вырваться  из  ее  цепких  лап,   взволнованно  раскрывается
Есениным в ряде стихотворений "Москвы кабацкой":

   И уже говорю я не маме,
   А в чужой и хохочущий сброд:
   "Ничего! Я споткнулся о камень,
   Это к завтрему все заживет!"

   Отрицательно сказалось в  таких  произведениях Есенина,  как  "Исповедь
хулигана",  "Кобыльи корабли",  в некоторых стихах цикла "Москва кабацкая"
("Сыпь,  гармоника.  Скука, скука..." и др.) известное увлечение вычурными
образами и нарочито вульгарной лексикой, за которые ратовали имажинисты.
   Художественный авторитет Есенина уже в  те годы был высок.  Имажинисты,
литературная  известность  которых  часто  равнялась  нулю,  всеми  силами
старались держаться за  Есенина,  в  то  время  как  он  все  яснее ощущал
различие между своим творчеством и  их отношением к искусству.  "Собратьям
моим кажется,  -  говорил Есенин весной 1921 года об  имажинистах,  -  что
искусство существует только как искусство.  Вне всяких влияний жизни и  ее
уклада...  Но  да  простят мне мои собратья,  если я  им скажу,  что такой
подход к  искусству слишком несерьезный...  У  собратьев моих нет  чувства
родины  во  всем  широком  смысле  этого  слова,   поэтому  у  них  так  и
несогласованно все. Поэтому они так и любят тот диссонанс, который впитали
в себя с удушливыми парами шутовского кривляния ради самого кривляния".
   Позднее,  в автобиографии,  поэт отмечал, что "имажинизм был формальной
школой, которую мы хотели утвердить. Но эта школа не имела под собой почвы
и умерла сама собой, оставив правду за органическим образом".
   Все то,  что составляло глубокий идейно-художественный водораздел между
Есениным и  имажинистами в пору их "союза",  наиболее полно и выразительно
проявилось в  его драматической поэме "Пугачев",  написанной им в  марте -
августе  1921  года.  Обращение Есенина  к  эпохе  крестьянской войны  под
руководством Емельяна Пугачева было  связано прежде всего  с  настойчивыми
поисками  поэтом  ответа  на   главный  вопрос,   поставленный  перед  ним
революционной эпохой:  куда несет революционный "вихрь" крестьянскую Русь.
Интерес к историко-революционной теме,  к героическому прошлому России,  к
переломным  периодам  в  народной  жизни,   к  коренным  узловым  событиям
отечественной истории,  когда наиболее полно и  ярко  раскрывается красота
народной души, был характерен для молодой советской литературы. В эти годы
А. Толстой обращается к эпохе Петра Первого, А. Чапыгин пишет исторические
романы, Василий Каменский - поэму "Степан Разин".
   Над  "Пугачевым" Есенин  работал  много  и  напряженно.  Написанию  его
предшествовал довольно длительный период  собирания и  изучения материалов
из истории пугачевского восстания. Побывал Есенин и в оренбургских степях,
в местах пугачевского движения.
   Задумав свою пьесу как лирическую драму, Есенин не дает в ней эпических
картин народного восстания.  Народность драмы проявляется в художественном
раскрытии автором причин восстания,  в показе того, что выступление против
самодержавия всех слоев трудовой России -  и крепостных крестьян, и яицких
казаков,  которые  "задаром проливают пот",  и  населения царских  окраин,
стонущих "от российской чиновничьей неволи",  и  уральских рабочих -  было
исторически неизбежным:

   Уже мятеж вздымает паруса.
   Нам нужен тот, кто б первый бросил камень.

   В   самобытной  дерзновенной  фигуре  вождя   крестьянской  вольницы  -
Пугачева,  в  товарищах его  -  "местью  вскормленном бунтовщике" Хлопуше,
смельчаке Зарубине, мечтающем, что "не беда, а нежданная радость упадет на
мужицкую Русь",  раскрыты замечательные черты русского характера: живой ум
и  молодецкая удаль,  честность и  справедливость,  ненависть к  рабству и
угнетению,  верность общему  делу  и  любовь к  Родине.  Центральный образ
произведения -  Пугачев.  Это  и  обусловило своеобразие композиции пьесы.