- Бест и Стивенс похищены.


     Вернувшись в  Берлин я отчитался перед Гейдрихом о рабо-
те, проделанной в Руре и изложил свои соображения  по  поводу
того, что несколько агентов контрразведки - это явно недоста-
точно для столь важного региона. Гейдрих внимательно выслушал
меня. "У вас будет возможность все это изменить, - сказал он,
- но прежде чем вы займетесь этим, у меня для вас есть другая
работа. Вот  уже  несколько месяцев,  как мы установили очень
интересный прямой контакт с британской  разведкой.  Поставляя
им дезинформацию,  мы сумели проникнуть в их организацию. те-
перь наступил момент,  когда мы должны решить для себя, соби-
раемся ли мы продолжать игру или прекратим ее,  удовлетворив-
шись тем,  что удалось узнать.  Я считаю,  что вы именно  тот
человек, которому следует заняться этим делом, и я хочу, что-
бы вы немедленно собрали весь необходимый материал  и изучили
его -  составьте свое собственное мнение а затем изложите мне
ваши рекомендации".
     Я сразу же углубился в относящиеся к этому делу докумен-
ты, и постепенно стала вырисовываться следующая картина:
     В течение нескольких лет в Нидерландах работал секретный
агент F479.  Туда он приехал как  политический  эмигрант,  и,
продолжая выступать  в качестве такового уже после того,  как
он начал работать на нас,  он сумел установить контакт с бри-
танской военной службой.  Он делал вид, что связан с с ильной
оппозиционной группой внутри Вермахта,  которая очень заинте-
ресовала англичан.  Ему  стали придавать столь большое значе-
ние, что его донесения пересылались прямо в  Лондон  и  через
неог мы  получили  возможность  внедрения непрерывного потока
дезинформации. Кроме того.  он создал собственную сеть инфор-
маторов и  сумел  установить Контакт со "Вторым бюро".  После
начала войны британская разведка стала проялять  еще  больший
интерес к установлению контактов с мнимой оппозиционной груп-
пой. Им казалось,  что они  могут  использовать  деятельность
этих офицеров-заговорщиков  для свержения гитлеровского режи-
ма. В тот момент,  когда я подключился к делу,  операция дос-
тигла решающей стадии; англичанам пообещали встречу с высоко-
поставленным представителем оппозиционной группы.
     Внимательно изучив это дело и обсудив его  с  теми,  кто
уже занимался им,  я пришел к выводу, что продолжать игру вы-
годнее, чем прекратить ее.  Поэтому я решил ехать в Голландию
сам, чтобы  встретиться с агентами британской секретной служ-
бы, использовав для этой  цели  документы  капитана  Шеммеля,
сотрудника транзитного управления OKW.  Я узнал, что в транс-
портном управлении действительно есть такой  капитан, который
отбыл в длительную командировку на Восток.
     После утверждения  моего  плана  я поехал в Дюссельдорф,
где устроил резиденцию в небольшом частном доме.  Это помеще-
ние было оборудовано для работы секретной службы и имело пря-
мую телеграфную и телефонную связь с центральным ведомством в
Берлине.
      Тем временем, Берлин должен был связаться с нашим аген-
том F479  и  проинструктировать его насчет достижения догово-
ренности о встрече между  капитаном  Шеммелем  и  британскими
агентами. К сожалению, обстоятельства не позволили мне встре-
титься с F479 заранее и обсудить этот  вопрос,  так  что  мне
пришлось полностью  положиться на его опыт и мастерство.  Ко-
нечно, в этом заключался значительный элемент риска,  но  это
неизбежно в работе секретной службы.

     Дальнейшая информация  была  переправлена мне из Берлина
авиапочтой, и я внимательно изучил ее.  Я должен  был  хорошо
выучить свою легенду, запомнить каждую деталь мнимого загово-
ра, котрый мы якобы планировали,  а также имена и взаимоотно-
шения разных  людей,  равно  как и всю имеющуюся информацию о
британских агентах,  с которыми мне предстоялдо втретиться. Я
получил подробное донесение о капитане Шеммеле - его прошлом,
его образе жизни,  его поведении и внешности -  например,  он
всегда носил монокль, так что мне пришлось научиться м этому,
что, вообще-то было нетрудно,  поскольку я близорук на правый
глаз. Чем  большей  секретной информацией о группе я обладал,
тем больше шансов у меня было войти в доверие  к  англичанам,
так как малейшая ошибка неминуемо возбудила бы у них подозре-
ния.
     Наконец, 20  октября в шесть часов вечера пришло сообще-
ние: "Встреча назначена на 21 октября в Зютфене, Голландия".
     Меня должен  был сопровождать один из наших агентов.  Он
хорошо знал подоплеку дела,  поскольку агент F479 неонократно
работал у него в подчинении. Мы в последний раз проверили на-
ши паспорта и документы на нашу машину(германская  таможня  и
пограничная полиция получили инструкцию не задавать нам ненуж-
ных вопросов).  У нас было совсем немного багажа,  и я специ-
ально проверил всю нашу одеждду и белье на предмет каких-либо
признаков, которые могли бы выдать нашу  истинную  принадлеж-
ность. Небрежность в отношении мелких деталей такого рода мо-
жет привести к провалу самой тщательно спланированной опера-
ции секретной службы.
     Вечером, к моему большому удивлению,  позвонил  Гейдрих.
Он сообщил, что получил для меня разрешение вести "переговоры"
так, как я считаю это нужным.  Мне была предоставлена  полная
свобода действий.  В конце нашего разговора он сказал: "Я хо-
чу, чтобы вы были очень осторожны.  Было б ы  слишком  глупо,
если б с вами что-нибудь случилось. Но если вдруг чтот-то бу-
дет не так, то знайте, что я предупредил все посты вдоль гра-
ницы. Я хочу, чтобы по возвращении  вы мне позвонили".