"Инъекция  Ирмы" была поворотной точкой для Фрейда. Это был сон, как мы
уже говорили, человека  средних лет  с  творческими  наклонностями, отчаянно
пытавшегося   в   одиночку   разгадать   человеческую   природу.   Этот  сон
продемонстрировал  ему, что может  рассказать бессознательное.  Возможно, он
увидел  его как бы "специально". У пациентов часто  бывают именно такие сны,
которые  нужны  аналитику.  В  течение нескольких  лет после 1895  года мозг
Фрейда услужливо предоставлял ему все новые  сны, необходимые для  понимания
самого важного пациента - себя самого.
     В июне 1900 года в письме Флису (снова из "Бельвю") Фрейд размышляет  о
том, будет ли там "однажды" мраморная табличка с надписью:

     В этом доме 24 июля 1895 года
     доктору Зигмунду Фрейду
     открылась тайна снов

     На  это потребовалось  много времени,  но мечта Фрейда почти в точности
сбылась  в 1977 году, на сто двадцать первую годовщину его рождения. На краю
места, которое когда-то было лугом "Бельвю", на склоне со стороны Вены, была
установлена  табличка на  пьедестале.  На ней  написана  именно та фраза  из
письма Флису. Но она стоит посреди пустоты - имения "Бельвю" больше нет.
     Семья Шлагов оставила  поместье  очень давно. После  них там размещался
детский  санаторий, а  в 1945 году  были  расквартированы  русские  солдаты.
Некоторое  время  там  жили   беженцы  с  востока.  Позднее  кто-то  пытался
восстановить  развалины  и сделать из  них ресторан, но безуспешно. В  конце
концов здание снесли. Теперь "Бельвю" - это  лишь название места между двумя
долинами.  Там, где  стоял дом, осталась  лишь  неровная земля  да несколько
деревьев.



Глава 2. Дорога с востока

     Представьте  себе  дорогу. По ней едет  телега  с  двумя бедно  одетыми
мужчинами. Они  возят  крашеные ткани в  самый  холодный уголок Европы, а  в
обмен - шерсть  и мед. Эта картина - мир,  откуда Фрейд был родом. Сороковые
года  девятнадцатого  века. Лошадь  еле идет,  погода  ужасная.  Перед  ними
пятьсот-шестьсот километров пути. Карпаты стоят на пути теплых южных ветров.
Где-то вдали, похоже, воет волк. Достоверных случаев гибели путешественников
от зубов  волков мало, но, несомненно, в далекой  Галиции  сто пятьдесят лет
назад "Wanderjuden", странствующие евреи, очень рисковали. С волками или без
них, это мероприятие представлялось достаточно унылым.
     Телега  ехала по землям,  принадлежавшим Австрийской империи. Ее власть
простиралась  на восток от Вены по всей Богемии, Моравии, Силезии, Венгрии и
даже Галиции, которую  империя  купила  у  Польши  в восемнадцатом веке.  По
сравнению  с Веной, городом дворцов и скрипок,  Галиция была  грязным глухим
захолустьем. Правительство посылало туда солдат, чтобы поддерживать порядок,
и чиновников, чтобы собирать налоги, особенно с евреев, двести тысяч которых
перешли  к  империи  вместе  с Галицией.  Их  "приобретение"  удвоило  общее
количество еврейского населения империи. В Вене к людям с востока относились
с подозрением, евреи же вызывали неприязнь в любом месте, потому что были не
такими,  как  все.  Евреи из  Галиции  встретились  с  суровыми  законами  и
налогами,  призванными  сделать  их  "приобретение"  выгодным,  а  также  по
возможности  сдерживать  их рост.  Были введены налоги  на  свадьбы, свечи и
кошерное мясо. Веру  объявили  подчиненной государственной религии, римскому
католицизму. Платить приходилось даже за фамилии:  в  1787  году галицийским
евреям было приказано  сменить фамилии на  немецкие,  и за хорошую фамилию -
Блументаль  ("долина цветов") или  Шенберг ("прекрасная гора") - стоило дать
чиновнику взятку.
     Путешественники в телеге  - старик  по  имени  Сискинд Хофман и молодой
человек Якоб Фрайт, или Фрейд, - старались не поднимать глаз на всех людей в
форме, и не потому, что они нарушали закон (их временные паспорта, готовые к
проверке,  лежали в непромокаемой тонкой  клеенке), а потому,  что старались
выглядеть как можно  более незаметно. У евреев  было еще меньше  прав, чем у
польских крестьян.  До нас дошли сведения  о  путешествиях Сискинда  и Якоба
лишь  потому,  что  австрийские  бюрократы  питали сильную  привязанность  к
всевозможным  разрешениям и паспортам и  не расставались со своими  записями
даже после исчезновения самой империи.
     Фамилия Фрейд  (Freud)  в  переводе  с немецкого  означает "радость"  -
возможно,  тот,  кто  ее себе придумал, вложил в нее свою надежду на  лучшее
будущее. Якоб Фрейд жил в трудное время, хотя этого, возможно, и не понимал.
На  протяжении  целой тысячи  лет  Восточная  Европа была  заполнена  самыми
разными народами, постоянно перемещающимися внутри автократических империй -
турецкой,  русской,   австрийской.  Национальные  различия  порождали  массу
предрассудков,  а евреи, всегда заметные и легко отличимые,  страдали больше
остальных. С  древних времен христиане преследовали их как  народ, распявший
Христа. Евреям не  давали учиться,  принуждая  их  к самодостаточности.  Они
научились  торговле  и  финансам, но этот  мудрый поступок  вызывал зависть.
Зависть пробуждал  и острый еврейский ум, прививавшийся культурой, в которой
учение  уважалось, а  способные мальчики изучали религию,  получая деньги от
более состоятельных евреев.