В шестидесятые годы о серийных убийцах не слышали.  Упоминаемый  выше
ас розыска Владимир Чванов, проработавший в милиции более полувека,  от-
ветственно заявил: ни до Ионесяна, ни после него, по крайней  мере,  еще
лет десять, ни с чем подобным отечественная криминалистика  не  встреча-
лась.
   Маньяки, для которых убийство - беспричинное, жестокое и  кровавое  -
оказывалось самоцелью, появились сравнительно недавно. Отчасти это подт-
верждается статистикой  архивных  материалов  Государственного  научного
центра социального и судебной психиатрии имени В. П. Сербского, в стенах
которого обследовались все или почти все опасные преступники. Вот о  чем
говорят цифры. За десять лет, с 1966 года, в "Серпах" побывали четырнад-
цать человек, обвиняемых в совершении особо жестоких или  многоэпизодных
преступлениях. Эти почти столько же, сколько за весь 1994 год!
   Ионесяна представили общественности социальным выродком,  отщепенцем,
но абсолютно нормальным, уравновешенным и хладнокровным убийцей. Не под-
вергая обсуждению ничтожность личности преступника и справедливость  его
наказания, усомнюсь лишь в одном -  необходимости  столь  стремительного
исполнения воли народа.
   Может быть, уже тогда более глубокое изучение дела Ионесяна  психиат-
рами, оперативниками,  криминалистами  прокуратуры  позволило  бы  впос-
ледствии гораздо раньше вычислить монстра Чикатило, прервать четырнадца-
тилетнюю серию убийств Михасевича, увидеть  в  самоотверженном  педагоге
Сливко маньяка, расчленявшего под стрекот кинокамеры еще не остывшие те-
ла задушенных им детей? Не забегая вперед, все же отмечу: Сливко,  приз-
навшийся в 33 тяжких преступлениях и семи убийствах, был изобличен  лишь
в 1985 году. Первое убийство он совершил в том самом "спокойном" 1964...

 
   ТЕАТР СМЕРТИ ПИОНЕРВОЖАТОГО СЛИВКО
 
   Внешне биография Анатолия Сливко выглядела благополучно и  даже  рес-
пектабельно. Он возглавлял в городе Невинномысске  Ставропольского  края
детско-юношеский туристический клуб "Чергид", пользовался  беспрекослов-
ным авторитетом у пионеров и вызывал уважение самоотверженным  трудом  у
родителей.
   Сливко приехал в Невинномысск после службы в армии,  закончил  техни-
кум, работал на комбинате "Азот" и параллельно, на общественных началах,
работал в школе пионервожатым. Он не курил, не пил, никогда не сквернос-
ловил. Все свободное время уделял детям - занимался  с  ними  физической
подготовкой, обучал умению разводить костер, собирать рюкзак и  устанав-
ливать палатку, ходил со своими подопечными  в  многодневные  походы  по
родному краю. Вскоре добрая молва о подвижнике-воспитателе распространи-
лась за пределы города. О Сливко  заговорили  на  туристических  слетах,
клуб "Чергид", директором которого его назначили, расхваливали на  сове-
щаниях райкомов, образцового наставника приводили в пример коллегам.
   Позже, когда следствие скрупулезно изучило  все  относящееся  к  дея-
тельности Сливко и его туристического клуба, выяснилось, что о директоре
"Чергида" десятки раз писали в "Пионерской правде" и других  газетах,  о
нем прошло более двадцати передач по Всесоюзному радио,  а  уж  почетным
грамотам и благодарностям не было числа.
   Впрочем публикаций о Сливко оказалось не меньше  и  после  того,  как
стало известно о второй, тайной, жизни маньяка, напрямую связанной с по-
ходами и детьми. Его задержали почти случайно в 1985 году по  подозрению
в исчезновении тринадцатилетнего Сережи П. А когда провели обыск в поме-
щении клуба, то едва поверили собственным глазам.
   С подобными фактами отечественная криминалистика, да и мировая  тоже,
еще не сталкивалась. Сливко садистски умертвил семерых подростков,  при-
чем гибель детей, их агонию, последующее расчленение тел и манипуляции с
ними, "заслуженный учитель" аккуратно снимал кино- или фотоаппаратом,  а
весь материал бережно хранил в шкафу. Когда Сливко арестовали  ему  было
сорок шесть лет. Он являлся отцом двоих мальчиков, имел партбилет и  но-
сил звание "Ударника коммунистического  труда".  Но  что  самое  порази-
тельное - большинство детей он убил, работая в  "Чергиде".  И  занимался
этим двадцать один год), оставаясь вне подозрений.
   На одном из допросов, где вместе  с  оперативно-следственной  группой
ему предстояло прокомментировать фильм собственного производства, Сливко
попросил: "Я следствию доверяю, но хотел, чтобы как можно меньше  народу
присутствовало при просмотре. Мне страшно, что люди увидят".
   Если уж сам оператор ужасался отснятым кадрам...
   Признаюсь, получив видеопленку с копиями фильмов Сливко, не предпола-
гал, что увижу такое, не представлял, насколько дикое и гнетущее впечат-
ление произведут эти жуткие документы.
   Кажется, мы привыкли ко всему - телевидение  делает  нас  постоянными
созерцателями катастроф, эпидемий, жестоких  террористических  актов,  а
"видеошедевры" еще больше снижают порог чувствительности, смакуя  крова-
вые сцены в неореалистических детективах и садо-мазохистских  триллерах.
Однако, уверяю вас, то, что снял Сливко, не под силу воспроизвести ника-
ким авторам никаких фильмов ужасов.
   ...Мертвая тишина, только цветная картинка на экране, и на ваших гла-
зах в мучениях умирает ребенок. Причем садист, хладнокровно  фиксирующий
судороги агонизирующего мальчика, время от времени сам попадает в  кадр.