Дональд ГАМИЛЬТОН
   ДИЛЕТАНТЫ


   ONLINE БИБЛИОТЕКА  http://www.bestlibrary.ru

Глава 1

   В соответствии с инструкциями я появился  у  реки  еще  до  рассвета.
Осторожно съехав на своем "шевроле" - пикапе с прицепом  с  проселка,  я
двинулся  по  берегу  к  тихому  укромному  местечку,  выбранному   мной
накануне, когда я изучал местность при свете дня.  Разумеется,  потом  я
провел там вечернюю рыбалку -  для  отвода  глаз.  Мне  нужно  было  так
выучить это место, чтобы потом в темноте добраться до него без труда.
   Теперь, подъехав к нему, я остановил машину, вырубил мотор,  выключил
фары, вылез из кабины и, подойдя к домику, открыл дверь и выпустил  пса.
Это было юное и наивное существо, убежденное в том, что я обожаю  собак.
Он сделал этот поспешный вывод на основании того, что я кормил его - раз
в день. Он немного помедлил, пару  раз  лизнул  меня  в  щеку,  а  потом
ринулся в кусты по своим неотложным делам. Я хорошо слышал  его,  а  вот
видеть не видел, потому как он был Лабрадор, а потому  черен  как  сажа,
деготь или не знаю что еще.
   Вытерев лицо рукавом, я глянул туда,  где  за  тускло  поблескивавшей
рекой  раскинулась  территория  Хэнфордского  атомного  комплекса.  Если
верить карте, она занимала большой кусок штата Вашингтон к северо-западу
от меня. Но с моего берега реки  Колумбия  видны  были  только  какие-то
непонятные огоньки. Интересно, подумал я, имеют ли эти огоньки  какое-то
отношение к тому, что сейчас делаю здесь я.
   Так или иначе, я  надеялся,  что  ребята  на  этом  комплексе  больше
смыслят в своем деле, чем я в своем, теперешнем. Произошло ровно то, что
и должно было произойти, когда что-то важное поручается не нашей  фирме.
Как всегда бывает в таких случаях, я вышел на задание в  наушниках  и  с
завязанными глазами, чтобы ненароком не увидеть и  не  услышать  чего-то
сверхсекретного.
   Я протянул руку, зажег свет в домике,  вытащил  мой  спиннинг  -  да,
теперь можно было считать его моим, потому как прежнему владельцу он ухе
не мог  пригодиться.  Потом  я  порылся  в  разных  коробочках  и  нашел
подходящую блесну. Подходящую в том смысле, что мне  было  легко  с  ней
управляться, а вот как относилась  к  ней  форель  реки  Колумбия,  меня
решительно не волновало. Проявив максимум  сноровки,  я  прицепил  ее  к
невидимой в темноте леске. Затем я прислонил спиннинг к прицепу,  стащил
ковбойские сапоги, надел плотные носки, а потом и рыбацкие  сапоги  выше
колена.
   Я выключил свет, подобрал спиннинг, поглядел на светлевшее на востоке
небо и двинулся к серевшей реке,  чтобы  показать  миру  свое  искусство
рыболова-спортсмена. Пес всецело одобрил  мои  намерения,  прервал  свои
занятия в кустах и,  промчавшись  мимо  меня,  как  паровоз,  с  громким
всплеском сиганул в воду.
   - Хэнк! - крикнул я ему. - А ну-ка катись отсюда! Это я ужу рыбу! - Я
потянулся к свистку,  который  висел  у  меня  на  шее,  но  свисток  не
понадобился, Хэнк был не простой пес, а обученный.  Сейчас  он  выполнял
секретное задание, получив имя Принц Ганнибал Холгейтский, в просторечии
Хэнк. Впрочем, меня ознакомили со множеством инструкций по  обращению  с
ним, словно это был не пес, а  ценная  кинокамера.  Среди  прочего  меня
обучили подавать  множество  команд,  которые  он,  к  моему  удивлению,
послушно выполнял.
   Мне и до этого случалось иметь дело с охотничьими собаками, но это  в
основном были разные сеттеры и пойнтеры,  а  также  иногда  борзые.  Как
правило, они отличались независимостью натур: им и в голову не приходило
послушно следовать за мной по пятам. Они видели смысл жизни в том, чтобы
выслеживать добычу, а не блистать манерами. Если вы  хотели,  чтобы  они
никуда не убегали, то  надевали  на  них  ошейник,  прикрепляли  к  нему
прочную цепь и крепко держались за свободный конец.
   Но это был не просто  охотничий  поисковый  пес,  но  пес,  прекрасно
выдрессированный. По моей команде он охотно  вылез  на  берег.  Впрочем,
может, не так уж и охотно, но все-таки вылез. В виде  протеста  он  стал
отряхиваться так, что обрызгал меня всего, - на этот счет у него не было
никаких запретов, - а затем он двинулся за мной по берегу,  не  отставая
от моего левого колена. Когда я выбрал место посуше и велел  ему  сесть,
он сел. По-видимому, кто-то долго и упорно с ним работал.
   Оставив его сидеть, я вошел в воду, размышляя,  не  наблюдал  ли  мой
контакт за моими ужимками  в  ночной  бинокль.  Я  также  задал  вопрос,
сколько времени мне придется разыгрывать из себя удильщика, пока  он  не
соблаговолит появиться. Никаких признаков рыбы  я  не  обнаружил.  Вчера
вечером время от времени на поверхность выпрыгивали какие-то здоровенные
рыбины, но сейчас река вела себя спокойно,  если  не  считать  небольших
завихрений там, где была самая стремнина. Я  забросил  блесну  подальше,
стал крутить катушку, но блесна тут же зацепилась за какую-то корягу.
   Изо всех сил пытаясь освободить ее, я думал, что  приходится  тратить
слишком  много  усилий  для  того,  чтобы  получить  немного   секретной
информации от человека, которому не положено было иметь к  ней  никакого
отношения. Однако определенные круги были заинтересованы  в  том,  чтобы
этот тип засветился, а с ним и другие.  И  еще,  разумеется,  эти  самые
определенные круги очень хотели, чтобы  украденная  информация  не  была
использована в ущерб нашей стране.