ШКОЛЬНАЯ БИБЛИОТЕКА
------------------------------------------------------

Ф. М. ДОСТОЕВСКИЙ

            ---------+--------
БЕДНЫЕ ЛЮДИ
РОМАН

ИЗДАТЕЛЬСТВО  <СОВЕТСКАЯ  РОССИЯ>  МОСКВА -- 1977



Р1
Д70

Текст печатается по изданию: Ф. М. Д о с т о е в с к и й.
                  Полн. собр. соч. в 30-ти. т. Т. 1.
                     (Л., <Наука>, 1972)

    Достоевский  Ф. М.
Д70     Бедные люди. Роман. М., <Сов. Россия>, 1977.

  128 с. (Школьная б-ка).
   70803-228
Д--------------148-77                          Р1
   М-105(03)77

Федор Михайлович Достоевский

БЕДНЫЕ ЛЮДИ



Редактор  К.  К.  Покровская. Художник   В.  В.  Вагин.   Художественный
редактор   Е.  А.  Ельская.  Технические   редакторы О.  Ю.  Цишевская,
           Л. М. Беседина. Корректор  М. Е. Барабанова.
                            ИБ-686
Сд. в наб. 29/V1-76 г. Подл. к печ. 10/Х И-76 г. Форм. бум. 84X108 1/32. Физ.
печ.  л.  4.  Ус я.  печ.  л.  6.72   Уч-изд.  л.  6.92.  Изд.  инд.  ЛД-80.  Тираж
       200 000  экз. Цена  23 коп. Бум. # 1 типогр. Зак. # 1308.
Издательство  <Советская  Россия>. Москва. проезд  Сапунова, 13/15.
Книжная  фабрика  # 1  Росглавполиграфпрома  Государственного  комитета
 Совета  Министров  РСФСР   по  делам  иэдательств.  полиграфии  и
книжной  торговли, г. Элекгросталь  Московской  области,  ул. им. Тево-
                            сяна, 25.

(c) Издательство <Советская Россия>, 1977 г.



    Ох уж эти мне сказочники! Нет
чтобы написать что-нибудь полезное,
приятное, усладительное, а то всю
подноготную в земле вырывают!.. Вот
уж запретил бы им писать! Ну, на что
это похоже: читаешь... невольно задумываешься,-
а там всякая дребедень
и пойдет в голову; право бы, запретил
им писать; так-таки просто вовсе
бы запретил.
    Кн. В. Ф. Одоевский

Апреля 6.

    Бесценная моя Варвара Алексеевна!
    Вчера я был счастлив, чрезмерно счастлив, донельзя
счастлив! Вы хоть раз в жизни, упрямица, меня послушались.
Вечером, часов в восемь, просыпаюсь (вы знаете,
маточка, что я часочек-другой люблю поспать после
должности), свечку достал, приготовляю бумаги, чиню
перо, вдруг, невзначай, подымаю глаза,- право, у меня
сердце вот так и запрыгало! Так вы-таки поняли, чего
мне хотелось, чего сердчишку моему хотелось! Вижу,
уголочек занавески у окна вашего загнут и прицеплен
к горшку с бальзамином, точнехонько так, как я вам
тогда намекал; тут же показалось мне, что и личико
ваше мелькнуло у окна, что и вы ко мне из комнатки
вашей смотрели, что и вы обо мне думали. И как же
мне досадно было, голубчик мой, что миловидного личика-то
вашего я не мог разглядеть хорошенько! Было
время, когда и мы светло видели, маточка. Не радость
старость, родная моя! Вот и теперь все как-то рябит
в глазах; чуть поработаешь вечером, попишешь что-нибудь,
наутро и глаза раскраснеются, и слезы текут так,
что даже совестно перед чужими бывает. Однако же
в воображении моем так и засветлела ваша улыбочка,
ангельчик, ваша добренькая, приветливая улыбочка;
и на сердце моем было точно такое ощущение, как тогда,
как я поцеловал вас, Варенька,- помните ли, ангельчик?
Знаете ли, голубчик мой, мне даже показалось,
что вы там мне пальчиком погрозили? Так ли, шалунья?
Непременно вы это все опишите подробнее в вашем
письме.

1*

3

    Ну, а какова наша придумочка насчет занавески вашей,
Варенька? Премило, не правда ли? Сижу ли за
работой, ложусь ли спать, просыпаюсь ли, уж знаю, что
и вы там обо мне думаете, меня помните, да и сами-то
здоровы и веселы. Опустите занавеску - значит, прощайте,
Макар Алексеевич, спать пора! Подымете - значит,
с добрым утром, Макар Алексеевич, каково-то вы
спали, или: каково-то вы в вашем здоровье, Макар Алексеевич?
Что же до меня касается, то я, слава творцу,
здорова и благополучна! Видите ли, душечка моя, как
это ловко придумано; и писем не нужно! Хитро, не правда
ли? А ведь придумочка-то моя! А что, каков я на эти
дела, Варвара Алексеевна?
    Доложу я вам, маточка моя, Варвара Алексеевна,
что спал я сию ночь добрым порядком, вопреки ожиданий,
чем и весьма доволен; хотя на новых квартирах,
с новоселья, и всегда как-то не спится; все что-то так,
да не так! Встал я сегодня таким ясным соколом - любо-весело!
Что это какое утро сегодня хорошее, маточка!
У нас растворили окошко; солнышко светит, птички
чирикают, воздух дышит весенними ароматами, и вся
природа оживляется - ну, и остальное там все было тоже
соответственное; все в порядке, по-весеннему. Я даже
и помечтал сегодня довольно приятно, и все об вас
были мечтания мои, Варенька. Сравнил я вас с птичкой
небесной, на утеху людям и для украшения природы
созданной. Тут же подумал я, Варенька, что и мы, люди,
живущие в заботе и треволнении, должны тоже завидовать
беззаботному и невинному счастию небесных
птиц,- ну, и остальное все такое же, сему же подобное;
то есть я все такие сравнения отдаленные делал. У меня
там книжка есть одна, Варенька, так в ней то же самое,
все такое же весьма подробно описано. Я к тому
пишу, что ведь разные бывают мечтания, маточка. А вот
теперь весна, так и мысли все такие приятные, острые,
затейливые, и мечтания приходят нежные; все в розовом
цвете. Я к тому и написал это все; а впрочем, я это все
взял из книжки. Там сочинитель обнаруживает такое
же желание в стишках и пишет -

Зачем я не птица, не хищная птица!

Ну и т. д. Там и еще есть разные мысли, да бог с ними!
А вот куда это вы утром ходили сегодня, Варвара Алексеевна?
Я еще и в должность не сбирался, а вы, уж под-

4

линно как пташка весенняя, порхнули из комнаты и по
двору прошли такая веселенькая. Как мне-то было весело,
на вас глядя! Ах, Варенька, Варенька! вы не грустите;
слезами горю помочь нельзя; это я знаю, маточка
моя, это я на опыте знаю. Теперь же вам так покойно,
да и здоровьем вы немного поправились. Ну, что ваша
Федора? Ах, какая же она добрая женщина! Вы мне,
Варенька, напишите, как вы с нею там живете теперь
и всем ли вы довольны? Федора-то немного ворчлива;
да вы на это не смотрите, Варенька. Бог с нею! Она такая
добрая.