Жерар ДЕ ВИЛЬЕ

                       НЕВЫПОЛНИМАЯ МИССИЯ В СОМАЛИ




                                    1

     Круглый камень с глухим  стуком  ударился  о  натянутый  как  барабан
трупными  газами   мертвенно-бледный   живот   утопленника.   Многоголосый
радостный  визг  приветствовал  точное  попадание  в  цель   негритянского
мальчика с курчавыми, словно тронутыми ржавчиной, волосами. Ни  одному  из
его приятелей еще не удалось попасть в живот трупа, лежащего у самой  воды
и  наполовину  засыпанного  песком.  Мертвец   был   похож   на   огромную
отвратительную медузу, выброшенную на  берег.  Для  маленьких  сомалийцев,
которые каждое утро болтались по пляжу  севернее  Могадишо  и  внимательно
изучали все, что выбрасывал на берег Индийский океан, эта страшная находка
явилась неожиданным развлечением. Рыжий мальчуган  снова  прицелился.  Его
приятели радостно завопили и затопали ногами, когда камень опять  попал  в
труп, на этот раз в голову.
     Вдохновленные его успехом, остальные мальчишки стали рыться в песке в
поисках камней и принялись бомбардировать эту жуткую  мишень,  возбужденно
крича. Увлеченные своим занятием, они постепенно приближались к трупу,  но
когда оказались в  нескольких  метрах  от  него,  их  возбуждение  угасло:
целиться с небольшого расстояния уже не так интересно. Некоторые разошлись
по пляжу, но самые смелые подошли поближе, чтобы рассмотреть покойника.
     Это был  белый.  Раздутый  до  неузнаваемости,  мертвенно-бледный,  с
зеленоватыми пятнами на теле, едва прикрытом жалкими обрывками  одежды,  -
наверное он немало пробыл в воде. Судя по всему, прибой выбросил его ночью
на пляж возле Бич-Клаба - облупившегося цементного бунгало у  самой  воды,
куда   по   воскресеньям   приходили   обедать   заезжие   дипломаты    из
некоммунистических стран - редкие гости в этих краях.
     Несколько  торговок  ракушками  сидели  на  корточках  на   цементных
ступеньках Бич-Клаба и с любопытством наблюдали за этой сценой.  Трупы  на
пляже - такое бывает не часто, тем  более,  труп  белого.  Но  это  не  их
дело...
     Внезапно две зеленые фигуры появились на цементной террасе Бич-Клаба.
Vestiti  verde  [зеленые  одежды  (ит.)],  милиционеры  в  зеленой  форме,
украшенной красными платками, совершали обычное патрулирование.  Они  тоже
заметили труп, который окружили мальчишки.
     Негритенок, первым решившийся подойти к  трупу,  сейчас  рассматривал
его вблизи: вдруг да удастся чем-нибудь поживиться. Крошечный  краб  вылез
из правого уха утопленника и пустился наутек. Мальчуган нагнулся и потянул
мертвеца за пальцы правой руки, вытащил ее  из  песка,  рассчитывая  найти
часы. Часов не было, зато на запястье блеснула массивная золотая  цепочка.
Мальчишка присел и попытался ее снять, преодолевая явное отвращение:  труп
издавал  ужасное  зловоние,  которое  уже  начало   привлекать   чаек,   с
пронзительными воплями пикировавших на  возможную  добычу.  Замок  цепочки
открылся с легким щелчком.  Негритенок  схватил  трофей  и,  выпрямившись,
оказался носом к носу с  суровыми  vestiti  verde.  Один  из  милиционеров
протянул руку, и мальчик покорно вложил в нее цепочку.
     - Почему ты не сообщил, что на пляже мертвый?
     Мальчуган с несчастным видом опустил голову, предчувствуя  осложнения
с властями.
     Милиционер с трудом разобрал  надпись  на  цепочке:  "Эмилио  Черрути
18.04.1934 г". Итальянец. Теперь уже милиционер присел на  корточки  возле
мертвого.
     Он разгреб руками песок вокруг головы и ступней и задумался, нахмурив
брови. Это не был обычный утопленник. Посередине  шеи  четко  обозначались
фиолетовая  борозда.  Бедняге  помогли  умереть:  обвязали  шею   железной
проволокой  и  придушили.  Ноги  на  щиколотках  были  обмотаны   той   же
проволокой, а к ней прикреплен обрывок цепи. Вероятно, судовой винт порвал
цепь и позволил телу всплыть. Милиционер кивнул напарнику, и они  потащили
труп на сухое место. Мальчишка тем временем рванулся, намереваясь удрать.
     - Эй ты, оставайся здесь! -  рявкнул  милиционер.  -  Запомнишь,  что
нужно делать, когда находишь труп!
     Мальчуган захныкал и, шмыгая носом, пробормотал:
     - Я думал, что это русский.
     Сомали задыхалось от массового и  навязчивого  присутствия  советских
военных советников. Местное  население  не  выносило  русских,  всемогущих
политически   и   ставших   вездесущими   в   стране   после    подписания
советско-сомалийского договора в июле 1974 года, и обвиняло их в том,  что
они обрекли страну на нищету,  забрав  все  для  своей  громадной  базы  в
Бербере на севере страны. Даже когда в 1975 году из магазинов исчез сахар,
сомалийцы были уверены, что советские спрятали его на складах в Бербере.
     Милиционер снисходительно улыбнулся мальчишке. Он бы тоже  предпочел,
чтобы это был русский.



                                    2

     Брюс  Рейнольдс,  посол  Соединенных  Штатов  в  Народной  республике
Сомали, рассеянно посмотрел на мраморную табличку на стене  собора  времен
Муссолини, прославляющую итальянскую доблесть.  По  странной  забывчивости
сомалийских  властей  она  не  попала  под  кампанию  борьбы  с  наследием
колониальной эпохи. Внезапно тишину нарушил оглушительный  звон  колоколов
собора, пробуждая от  оцепенения  проспект,  изнемогающий  от  зноя.  Брюс
Рейнольдс повернул голову на колокольный звон.