Эмма Дарси

   Второй медовый месяц
   ПОВЕЛИТЕЛЬНИЦА ГРЕЗ
   ЖЕНЩИНА В СЕРОМ КОСТЮМЕ
   ДОВЕРЬСЯ СУДЬБЕ


   Эмма Дарси
   Второй медовый месяц
   пер. Е. Жуковой.
   Изд. "Радуга", 1998.
   OCR Палек, 1999 г.


   Анонс

   Рейд и Джина уже около семи лет женаты, и на первый взгляд супружество их
кажется идеальным. На самом же деле между ними всегда было отчуждение,  и  с
годами оно растет. Понадобилось вмешательство "разлучницы",  чтобы  их  брак
стал по-настоящему счастливым.


   Глава первая

   Со стороны брак Джины Тайсон выглядел идеальным.  Иногда  Джине  и  самой
казалось, что это так. Ведь у нее прекрасный дом у  океана  в  Бонди,  самом
престижном районе Сиднея. У нее трое очаровательнейших детей -  два  сына  и
дочка. А муж - человек, о котором мечтает любая женщина... по крайней мере с
виду.
   Рейд не только был высоким, темноволосым и необычайно привлекательным, он
еще был и достаточно богатым, чтобы получать от жизни все, что пожелает.
   Но все это было лишь видимостью. Игрой на публику. А на самом деле  Джина
тихо сходила с ума от раздражения. Ее мучило, что, кроме этой  видимости,  в
их браке не было ничего. Ее  муж  жил  своей  собственной  жизнью,  и  Джина
постоянно чувствовала расстояние между ними, даже когда Рейд был рядом. Как,
например, сегодня.
   Она приготовила его любимое блюдо - телячьи  эскалопы  в  белом  вине.  И
теперь он с удовольствием ел их, сидя напротив и  не  желая  разделить  свое
удовольствие с ней. Он даже не глядел на жену, не говоря уже  о  том,  чтобы
похвалить  блюдо,  поблагодарить.  Впрочем,  так  было  постоянно:  все   ее
отчаянные попытки привлечь к себе его внимание заканчивались ничем. Советы в
популярных журналах относительно того, как "освежить" свою  семейную  жизнь,
нисколько не помогали.
   Ее старания изменить внешность также  окончились  полным  провалом.  Если
даже Рейд и заметил, что жена сегодня выглядит не так, как всегда,  ему  это
было безразлично. Он не увидел в  ней  по-новому  привлекательную  для  него
женщину. Джина подумала, что напрасно остановилась на полдороге.
   Ей приходила на ум идея очень коротко постричься, но многолетняя привычка
к роскошным длинным волосам взяла свое, к тому  же  Джине  стало  жутко  при
мысли, что ее  пышные  темные  пряди  вдруг  упадут  на  пол  под  ножницами
парикмахера. Она не решилась. И нашла компромисс. Теперь на ее плечах лежали
красиво завитые кольцами локоны.
   Визажистка искусно подкрасила ей ресницы и веки - ее янтарные глаза сразу
приобрели еще большую выразительность и загадочность. Бровям  умело  придали
форму. Визажистка была твердо уверена, что губы и ногти необходимо накрасить
ярко-красным. Ничего этого Рейд не заметил, даже нового костюма, над которым
Джина так много размышляла.
   Она выбрала черные обтягивающие  брюки  и  тигровой  расцветки  шифоновую
тунику с золотой цепью-поясом. Ей казалось, что все это  очень  элегантно  и
одновременно взывает к чувственности. Но в Рейде это не пробудило даже  тени
интереса. Да, ей следовало надеть что-нибудь более вызывающее, вообще  вести
себя с вызовом... но это было не в ее натуре.
   Ее мать, итальянка, с самого детства заложила  в  свою  дорогую  Джинетту
основы поведения настоящей леди.  Порядочная  женщина  не  должна  нескромно
выставлять напоказ свое тело. Может быть, из-за того, что мать умерла, когда
Джине  было  всего  семнадцать  лет,  девушка  не  решалась  пренебречь   ее
наставлениями, хотя иногда немного  завидовала  женщинам,  не  знающим,  что
такое скромность, и не стесняющимся обнажать свое тело.
   А может быть, будь она и посмелее, ей все равно бы не  удалось  пробиться
сквозь отчуждение Рейда и занять иное место в его жизни. Он считал  бы,  что
изменение в ней чисто поверхностное, вроде перестановки мебели в доме.  Если
Джине это доставляет удовольствие - пусть резвится. А на его мысли,  чувства
или действия это никак бы не повлияло.
   Вот  и  сегодня  ее  попытка  создать  романтическое   настроение   новой
сервировкой стола не удалась. Рейд только отметил тигровые лилии и  свечи  в
центре стола и спросил,  не  репетирует  ли  она  предстоящий  званый  обед.
Приятное разнообразие после приевшихся роз, добавил он. Ему и  в  голову  не
пришло, что она сделала это только для  них  двоих.  А  Джина  была  слишком
огорчена, чтобы что-то ему объяснять.
   В убранстве стола не было ничего особо  романтического.  Рейд  не  считал
нужным приберегать все лучшее для гостей, как делала мать Джины, поэтому они
каждый вечер обедали в столовой и пользовались дорогой посудой и серебряными
столовыми приборами. Посуда не для показа, а для того,  чтобы  на  ней  ели,
утверждал Рейд, когда Джина волновалась из-за очередной разбитой тарелки  от
сервиза. Нет ничего незаменимого, любил он повторять, но Джина соглашалась с
ним только на словах.
   Она ковыряла вилкой мясо на тарелке, безуспешно пытаясь пробудить в  себе
аппетит. Ее всегда угнетало отсутствие эмоций  в  отношениях  с  Рейдом.  До
рождения детей это хотя бы было не так заметно. Они оба  без  памяти  любили
своих детей. Но любил ли Рейд ее? Джина начинала в этом сомневаться.  И  что
еще хуже - задумываться, не виновата ли в этом другая женщина.