Занятие в наш век, конечно, неблагодарное - если вспомнить, что отшу-
мевшая "перестройка" была, собственно, жутчайшей  вакханалией  абсолютно
нелогичного мышления. Впрочем, ситуация меняется, так что не все еще по-
теряно...
   Наконец, любовь к детективам.  Что  до  этого  пункта,  питаю  наглую
мысль: связь между мною и детективом вряд ли стоит сопровождать  долгими
комментариями, поскольку тот, кто читает эти строки, наверняка читал мои
детективы, а кое-кто, хочется верить, даже дочитал до конца...
   Словом, однажды все сплелось воедино - любовь  к  истории,  кое-какие
навыки логического мышления  и  страсть  к  детективным  расследованиям.
Именно эти три компонента и породили данную книгу. Рожденную, особо под-
черкну, не из желания в очередной раз шокировать нашего утомленного сен-
сациями читателя, а вполне серьезно разобрать некоторые исторические за-
гадки, исследовать события, которые (теперь я в этом свято убежден) про-
исходили немного не так, точнее говоря, совсем не так, как нам  об  этом
рассказывает официальная историография.
   Как справедливо заметил сэр Исаак Ньютон, мы все стоим на плечах  ги-
гантов. В моем случае предшественниками, укрепившими в убеждении не схо-
дить с избранного пути, послужили, пожалуй, два человека: блестящий  ис-
торик Натан Эйдельман, не пугавшийся исследовать альтернативные варианты
истории ("Не было. Могло быть".), и  английская  писательница  Джозефина
Тей, в романе "Дочь времени"  продемонстрировавшая  великолепный  пример
логичного и вдумчивого расследования исторической загадки -  и  вдобавок
показавшая, как рожденный сотни лет назад миф может  заслонить  реальные
события, как переживает своих создателей клевета, как недостаток  логики
прочно укореняет чьи-то корыстные выдумки в качестве официально признан-
ной, канонизированной версии истории.
   Появившиеся в последнее время работы академика  Фоменко,  посвященные
"Новой хронологии", лишь подхлестнули давнее  желание  испробовать  свои
силы на поприще частного сыщика, разгадывающего исторические загадки.  В
этой книге, то и дело переплетаясь, будут присутствовать обе линии: раз-
венчание некоторых, крайне устойчивых мифов и попытка  дать  собственное
истолкование давным-давно отгремевшим событиям. Ну, а попутно в меру сил
и возможностей я попытаюсь справиться с иными загадками прошедших столе-
тий.
   Те, кто привык механически принимать на веру все, о чем гласят  толс-
тые, умные, написанные ученым языком книги, могут сразу же выбросить сей
труд в мусорное ведро. "Россия, которой не было"  рассчитана  на  другую
породу людей - тех, кто не чурается дерзкого полета фантазии,  тех,  кто
старается доискаться до всего своим умом и рабскому следованию  "автори-
тетам" предпочтет здравый смысл и логику. История не есть нечто  застыв-
шее, окостеневшее. Совсем недавно, на нашей памяти, с грохотом  рушились
авторитеты, не столь уж давние события получали совершенно иное толкова-
ние, а штампы и ярлыки опадали, как осенние листья в грозу. Процесс  да-
леко не закончен - и потом, не стоит забывать: если событие или документ
допускают двойное (а то и тройное) толкование, право на жизнь имеют  все
версии. По крайней мере, именно такова практика: хороший сыщик и в рома-
не, и в жизни обязан отработать все версии, а не следовать  политической
конъюнктуре или каким-то своим шкурным соображениям.
   Увы, в последние годы этот принцип нарушался самым  вульгарным  обра-
зом. Достаточно вспомнить сонм перестроечных  публицистов,  вбивавших  в
сознание читателя, как гвоздь, одну-единственную версию: виновник  зага-
дочной смерти М.В. Фрунзе на операционном столе - злодей Сталин.  Потому
что больше некому. Потому что Сталин, просыпаясь утром, чувствовал  жгу-
чее желание сотворить до заката уйму злодейств и, не успев натянуть шта-
ны, начинал прикидывать: "А кого же мне сегодня зарезать?"
   Между тем такой ход рассуждений противоречит самой природе  детектив-
ного расследования. Обнаружив в гостиной труп миллионера Джона  Смита  и
узнав, что наследниками скончавшегося от пули в затылок богача были гос-
пода Икс, Игрек и Зет, самый тупой полицейский не  успокоится,  пока  не
проверит алиби всей троицы. Применительно к нашему случаю это  означает,
что кроме Сталина под подозрением с равным успехом  могут  находиться  и
Троцкий, и Тухачевский. Именно Троцкого Фрунзе сменил на высших  армейс-
ких постах (вспомните железный принцип римской юриспруденции  "Кому  вы-
годно?"), а склонность Тухачевского в самом прямом смысле убирать тех, в
ком он видел соперников и конкурентов, давно уже не является секретом...
Взять хотя бы недоброй памяти операцию " Весна", когда в конце двадцатых
- начале тридцатых годов (Сталин был еще не  всевластен)  по  инициативе
Тухачевского было физически уничтожено около трех тысяч командиров армии
и флота (в основном бывших царских офицеров, имевших несчастье превосхо-
дить в чем-то бывшего поручика, преуспевшего главным образом в уничтоже-
нии бунтующих крестьян).
   Этот пример я привожу, чтобы проиллюстрировать свой главный  принцип:
подвергая сомнению, следуй строгой логике и незыблемым законам детектив-
ного расследования. Именно поэтому лично я уверен,  что  Виктор  Суворов
[188, 189]*, ругаемый и оплевываемый иными ревнителями идеи  коммунизма,
был всецело прав: Сталин и в самом деле готовил операцию "Гроза"  -  си-
речь неожиданный удар по Германии с выходом в Европу.  Убеждает  меня  в
этом не "любовь к Сталину" (к ушедшим в небытие до нашего рождения исто-
рическим деятелям, строго говоря, нельзя испытывать ни любви, ни  непри-
язни), а холодная логика. Совершенно нелепая череда странностей, привед-
шая к форменному краху 22 июня 1941-го  года,  может  иметь  только  это
единственное объяснение. В противном случае придется признать, что  Ста-
лин, гений упорства и недоверия, на несколько предвоенных месяцев словно
бы сошел с ума - а потом, после удара немцев, столь же стремительно выз-
доровел, обретя прежнюю железную волю и недоверие  решительно  ко  всем.