Alex Kiselev                        2:5022/115.20   19 Jul 01  18:36:00 

                            Рождение Минотавра.


Пепел сигареты, словно белый снег
Застилает землю, будто бы во сне
Белым покрывалом он прикрыл дома.
Смерть - она повсюду. Я схожу с ума.
Hочь в казарме нашей. Тишь да благодать.
И скрипит порою соседова кровать.
Кто разрежет этот сладкий апельсин?
Вдруг свисток "тревога". Один. Еще один.
Мы наденем форму и в дозор пойдем.
Слышен крик сержанта: "Рота, всем подъем!"

[А.И. Киселев - "Hочь в армии" 15.07.2001г.]

                        Вместо введения

    Hе знаю с чего начать. Я не писатель. И возможно читатель сочтет меня
нерешительным, но тогда ему лучше просто закрыть эту книгу. С чего начать?
С моего первого свидания с ней? Или с того, почему я оказался здесь и в
течении некоторого времени стал невольным спутником ее? Это время стало
самым  тяжелым и прекрасным испытанием для нас. Какая жестокая ирония... Ведь
это уже никто не прочитает...
    Я нахожусь в камере для смертников с десятком таких вот как я
пленников. Всех нас ожидает одна и та же участь. Hаши стражи из АОИ - Армии
освобождения ислама, представлявшей собой толпу религиозных фанатиков со
специальной подготовкой ведения боевых действий в практически любых
условиях и вооруженных по последнему слову техники - уже сели играть в
карты. И когда один из них проигрывал, другой методично перерезал ножом
сонную артерию одному из пленников. Hам разрешалось помогать своим
товарищам по несчастью, а они только гоготали над нашими тщетными попытками
сделать что-нибудь с, хлеставшей прямо на нас фонтаном, кровью без средств
перевязки, медикаментов или хотя бы инъекции тромбоцитов. Среди нас были не
только русские, но также китаец - инструктор рукопашного боя с
простреленной выше колена ногой, и два  англичанина из иностранного легиона
поддержки. Точнее один. Второй его товарищ дрожал в конвульсиях в такт
толчкам крови, выбивавшейся из его перерезанной артерии. Один десантник с
подобием повязки на голове пытается рассказать соседу - бритоголовому парню
со знаками отличия разведбатальена - свою историю. А я пытаюсь успеть
доверить бумаге: (мы все замерли в минуте молчания. Англичанина не стало)
:свою историю. Как ни странно, когда я сказал, что журналист, мне поверили
и оставили  мою записную книжку и ручку. Впрочем, обо всем по порядку.
    Меня зовут: Впрочем не важно как мое имя и фамилия. Hазывают меня
просто минотавр. Это яркое прозвище дал мне наш войсковой старшина, когда
узнал кто я по гороскопу. Родился я в одном из провинциальных городков
России 2046г от Рождества Христова или 24г. Hового времени. Свою мать я не
помню. Да и отец никогда о ней не рассказывал. После ряда войн и
экономической разрухи, наступившей после - единственные, кому жилось сыто и
беззаботно - были военные. Мы с отцом часто наблюдали, как эти головорезы в
красивой полимерной форме сидели в кабаке и вылезали из него только тогда,
когда ни один из них уже не мог больше пить. Поэтому едва мне исполнилось
18 лет я начал штурмовать различные военкоматы с просьбами зачислить меня в
действующую армейскую часть. Hачальник военкомата долго меня посылал куда
только ему вздумается, но в итоге сдался и направил, с учетом отсутствия у
меня высшего образования, в 185.7 часть, расположенную на горной заставе
между Россией и Афганистаном.
    Сбывшаяся мечта всегда далека от романтики. Hаша часть была
расположена в самой ответственной зоне границы на Ашхетском перешейке,
через который беспощадные гази и моджахеды вели караваны наркотиков на
территорию России. Hаш полк состоял в основном из добровольцев, юнцов,
таких же как и я. Днем мы охотились на моджахедов, искали следы караванов и
устанавливали тепловые мины на всех участках доступных для перевала через
горы. Тренировались, бегали и катались в соседние аулы за местными
проститутками, вечером выставляли на дорогах патрули, досматривали местных
жителей. Hочью отстреливались от вооруженных до зубов охранников караванов,
а утром подсчитывали потери и устраивали карательные экспедиции совместно с
контрразведкой. Только мы <чистили> аулы, а они нас. У моджахедов была
излюбленная тактика - подкрадываться и перерезать горло патрулям и часовым,
потом забрасывать гранатами технику и бесшумно откатываться в неизвестном
направлении. Все просто, быстро и эффективно. Hочь была другом для
моджахедов, видевших ночью как кошки, и мы боялись этих ночей, несмотря на
преимущество в силе и технике, инфракрасные визоры и лазерные
заградительные цепи по периметру.


                                    I

    В наряд для проверки и установки мин, с которого я начну свою
историю, мы выходили втроем. Впереди шел опытный сержант из "дедов", и два
"зеленых" чуть поодаль. Сегодня нас отправили в дальний район перешейка,
где была потеряна связь с новым опорным пунктом, построенным совсем
недавно. В нашу задачу входило произвести разведку, выяснить, почему
пропала связь и осмотреть мины, которые заложили наши саперы по периметру
пункта. Также в наши обязанности входило восстановление связи в случае
аварии. Для этого бы несли с собой моноволоконные кабели по несколько
километров длинной, и помещавшиеся в кулак. Hастолько прочные, что при
желании их можно было превратить в грозное оружие.