Скарлетт, казалось, совсем их не слушала, хотя ни разу не ответила  нев-
попад. Чувствуя, что происходит нечто непонятное, сбитые с толку, раздо-
садованные, они пытались еще некоторое время поддерживать разговор,  по-
том поглядели на часы и нехотя поднялись.
   Солнце стояло уже совсем низко над свежевспаханным полем, и за  рекой
черной зубчатой стеной воздвигся высокий  лес.  Ласточки,  выпорхнув  из
застрех, стрелой проносились над двором, а куры, утки и индюки,  одни  -
важно вышагивая, другие - переваливаясь с боку на бок, потянулись  домой
с поля.
   Стюарт громко крикнул:
   - Джимс!
   И почти тотчас высокий негр, примерно одного с  близнецами  возраста,
запыхавшись, выбежал из-за угла дома и бросился к коновязи. Джимс был их
личным слугой и вместе с собаками сопровождал их повсюду. Он был  нераз-
лучным товарищем их детских игр, а когда им исполнилось десять лет,  они
получили его в собственность в виде  подарка  ко  дню  рождения.  Завидя
Джимса, гончие поднялись, отряхивая красную пыль, и замерли  в  ожидании
хозяев. Юноши распрощались, пообещав Скарлетт приехать завтра к  Уилксам
пораньше и ждать ее там. Затем сбежали с крыльца, вскочили  в  седла  и,
сопровождаемые Джимсом, пустили  лошадей  в  галоп  по  кедровой  аллее,
что-то крича на прощанье и размахивая шляпами.
   За поворотом аллеи, скрывшим из глаз дом, Брент  остановил  лошадь  в
тени кизиловых деревьев. Следом за ним остановился  и  Стюарт.  Мальчиш-
ка-негр остановился в некотором отдалении. Лошади, почувствовав ослабев-
шие поводья, принялись пощипывать нежную весеннюю  траву,  а  терпеливые
собаки снова улеглись в мягкую красную пыль, с вожделением поглядывая на
круживших в сгущающихся сумерках ласточек. На широком простодушном  лице
Брента было написано недоумение и легкая обида.
   - Послушай, - сказал он. - Не кажется ли тебе, что она могла бы приг-
ласить нас поужинать?
   - Я, признаться, тоже этого ждал, да так и  не  дождался,  -  отвечал
Стюарт. - Что ты скажешь, а?
   - Не знаю, что и сказать. Странно как-то. В  конце  концов,  мы  ведь
давно не виделись и, как приехали, - прямо к ней. И  даже  почти  ничего
еще не успели и рассказать.
   - Мне показалось, что она поначалу здорово обрадовалась, увидав нас.
   - Да, мне тоже так подумалось.
   - А потом вдруг как-то притихла, словно у нее голова разболелась.
   - Да, я заметил, но не придал этому значения. Что это с ней,  как  ты
думаешь?
   - Не пойму. Может, мы сказали что-нибудь такое, что ее рассердило?
   На минуту оба погрузились в размышления.
   - Ничего такого не могу припомнить. И притом, когда  Скарлетт  разоз-
лится, это же сразу видно. Она не то что другие девчонки - у нее тут  же
все вырывается наружу.
   - Да, это мне как раз в ней и нравится. Она, когда сердится, не прев-
ращается в ледышку и не обливает тебя презрением, а  просто  выкладывает
все начистоту. И все-таки, видно, мы что-то не то сказали или сделали  -
почему она вдруг примолкла и стала какая-то  скучная.  Могу  поклясться,
что она обрадовалась, увидав нас, и, похоже,  хотела  пригласить  поужи-
нать.
   - Может, это потому, что нас опять вышвырнули из университета?
   - Ну да, черта с два! Не будь идиотом. Она же хохотала  как  чумовая,
когда мы ей об этом рассказывали. Да она не больше  нашего  уважает  всю
эту книжную премудрость.
   Брент, повернувшись в седле, кликнул своего негра-грума.
   - Джимс!
   - Да, сэр!
   - Ты слышал наш разговор с мисс Скарлетт?
   - Не-е, сэр, мистер Брент! Вы уж скажете! Да чтоб я стал подслушивать
за белыми господами!
   - А то нет, черт побери! У вас, черномазых, всегда ушки на макушке! Я
же видел, как ты, врунишка, слонялся вокруг крыльца и прятался за жасми-
новым кустом у стены. Ну-ка, вспомни, не сказали ли мы чего-нибудь тако-
го, что могло бы рассердить или обидеть мисс Скарлетт?
   После такого призыва к его сообразительности Джимс бросил притворство
и сосредоточенно сдвинул черные брови.
   - Не-е, сэр, такого я не заметил, она вроде не сердилась.  Она  вроде
очень обрадовалась, похоже, сильно без вас скучала  и,  покамест  вы  не
сказали про мистера Эшли и мисс Мелли Гамильтон - про то, что они  поже-
нятся, - все щебетала как птичка, а тут вдруг вся съежилась, будто  яст-
реба увидела.
   Близнецы переглянулись и кивнули, но на их лицах все еще было написа-
но недоумение.
   - Джимс прав, - сказал Стюарт. - Но в чем тут дело, в толк не возьму.
Черт подери, она же никогда не интересовалась Эшли - он для  нее  просто
друг. Она нисколько им не увлечена. Во всяком случае, не так, как нами.
   Брент утвердительно кивнул.
   - А может, ей обидно, что Эшли ничего не сказал ей про завтрашнее ог-
лашение - они же как-никак друзья детства? Девчонки любят узнавать такие
новости первыми - это для них почему-то важно.
   - Может, и так. Да только... ну, что с того, что не сказал? Это  ведь
держалось от всех в тайне, потому что было задумано  как  сюрприз.  И  в
конце-то концов, разве человек не имеет права молчать о своей  помолвке?
Мы ведь тоже ничего бы не узнали, не проболтайся нам тетушка мисс Мелли.
К тому же Скарлетт не могла не знать, что Эшли рано или  поздно  женится
на мисс Мелли. Мы-то знаем про это давным-давно. Так уж у них повелось у
Гамильтонов и Уилксов: жениться на кузинах. Всем было известно, что Эшли
когда-нибудь женится на мисс Мелли, а Милочка Уилкс выйдет замуж  за  ее
брата Чарлза.