Не слишком любезный прием вполне соответствовал тому, о чем  предупреждал
ее Трои, готовя к собеседованию. Опаздывал Чэннинг намеренно или случайно  -
ему было явно плевать на то, что по его вине Мэгги теряет время.
   "Все к лучшему", - успокаивала она себя. Безразличие Чэннинга к тому, что
она появилась здесь, даст ей возможность получше приглядеться к тому, что на
первый взгляд не заметно.
   "Чэннинг работоголик, - предупредил ее детектив. - Если вы будете  сидеть
тихо, он вполне сможет принять вас за стол или стул и пройти мимо".
   Трои Маккормик заранее готов был  обрушиться  с  критикой  за  недостаток
внимания к  привлекательной  ассистентке  на  того,  кто  должен  был  стать
объектом их наблюдения. "Только слепец может остаться  равнодушным  к  такой
очаровательной девушке", - откровенно признался он.
   Мэгги улыбнулась в ответ, почему-то сразу поверив в его искренность, хотя
скорее всего это была не более чем обычная любезность.
   "Будьте осторожны..." - настаивал Трои, когда они прощались.
   Сегодня утром Мэгги подкрасилась совсем  чуть-чуть  и  надела  костюм  из
натурального льна,  купленный  перед  отъездом  в  одном  из  самых  дорогих
магазинов Бостона вместе с  шелковым  персиковым  шарфом,  который  оказался
удивительно ей к липу.
   За время короткого путешествия на пароме от Анакорта до острова  Лопес  и
потом на собственном катере  Чэннинга  в  Линкс-Бей  ее  светлые  с  медовым
отливом волосы почти  не  растрепались,  так  что  ей  не  надо  было  долго
приводить себя в порядок. На Чэннинга наверняка  бы  не  произвела  хорошего
впечатления сотрудница, уделяющая слишком много внимания своей внешности.
   Мэгги оглядывала помещение, в котором  ее  оставили  дожидаться  хозяина,
стараясь не упустить из вида ничего, что могло бы помочь ей составить верное
представление об этом человеке.
   Хотя сквозь высокое французское окно в помещение проникало  яркое  летнее
солнце, темные панели на стенах и тяжелая дубовая мебель создавали ощущение,
что здесь царит вечная зима. Можно было без труда определить, что  обитатель
этого кабинета мужчина с прекрасным вкусом. Наверняка здесь бы  хорошо  себя
чувствовал ее  отец;  устроившись  прохладным  сырым  вечером,  обычным  для
Западного побережья, со стаканчиком бренди в  руке,  он  бы  с  наслаждением
слушал пластинки с записями классики. Интересно, приглашал его  когда-нибудь
сюда Чэннинг?
   Мэгги оглядела столы  и  полки,  словно  подсознательно  надеясь  увидеть
пепельницу с забытой здесь трубкой, и ей даже на минуту показалось, что  она
чувствует запах его любимого табака.
   Широченный, почти во всю южную стену, камин уходил под сводчатый потолок,
отделанный кедром,  однако  почему-то  желания  присесть  здесь  у  огня  не
возникало. Хорошо продуманная элегантность не располагала к  уюту.  Едва  ли
Чэннинг хоть раз видел, как дрова, догорая, превращаются в золу.  Из  всего,
что было известно о нем Мэгги, следовало, что он был человеком  дела,  а  не
любителем приятного отдыха.
   Мэгги посмотрела на портреты патриархов, и ей показалось, что их  строгие
лица выражают недовольство тем, что она вторгается в жизнь  их  потомка.  По
мужской линии всем Чэннингам передались темные волосы, пронзительные  глаза,
твердые подбородки. Ее почему-то совсем не удивило  то,  что  на  протяжении
шести поколений  в  роду  были  одни  сыновья,  -  кто-то  ведь  должен  был
преумножать богатство империи.
   Самый большой и внушительный предмет в комнате только теперь  привлек  ее
внимание.  Старомодный  письменный  стол,  какие  скорее  можно  увидеть   в
юридических фирмах Восточного побережья, предназначался для  работы  вдвоем.
То, что у человека, который никогда не вел  дел  с  партнерами,  в  кабинете
находится такой стол, показалось Мэгги очень странным.  Наследство?  Покупка
на аукционе? Трудно сказать,  каково  происхождение  всех  этих  вещей,  еще
трудней понять, что именно ценит в них хозяин - красоту, изящество  или  то,
какое впечатление они  производят  на  посетителей.  Мэгги  не  заметила  на
огромном столе ни одной  фотографии,  ни  одного  предмета,  который  хозяин
держал бы здесь в память о каком-то событии,  -  только  дорогие  письменные
принадлежности  из  кожи  и  мрамора.  Ни  исписанных  листков  бумаги,   ни
карандашей с потерянными ластиками, ни одной разогнутой скрепки. Ее внимание
неожиданно привлекла тумба с ящиками, на которых сияли начищенные до  блеска
медные ручки. Возможно, ящики не заперты, и,  значит,  в  них  вполне  можно
заглянуть. Однако после минутного размышления Мэгги решила не  рисковать,  -
скорее всего, на нее направлено не  меньше  дюжины  видеокамер,  фиксирующих
каждое движение.
   Встав,  она  направилась  к  книжному  шкафу.  В  том,  чтобы   осмотреть
библиотеку Чэннинга, уж точно не  было  ничего  преступного,  а  ей  надоело
попусту тратить время.
   Скрип открывшейся за ее спиной двери заставил Мэгги  врасплох,  и  она  в
испуге оглянулась.
   - Не бойтесь, - насмешливо произнес Чэннинг, - я  не  кусаюсь.  -  Сделав
всего два широких шага, этот высоченный мужчина уже крепко пожимал ей  руку,
с интересом разглядывая ее своими ярко-голубыми глазами.