Себестьян Жапризо
   Ловушка для Золушки
 
   Изд. "Орлов и сын", Москва, 1992 г.
   OCR Палек, 1998 г.
 
 
   МНЕ СУЖДЕНО УБИТЬ
 
   Жили-были когда-то, давным-давно, три девочки. Первой  считалась  Ми,
второй - До, третьей - Ля. И была у них крестная,  душистая-предушистая,
и она никогда не читала детям нотаций. Прозвали они ее  "крестная  Мидо-
ля".
   Бывало, играют они во дворе, и крестная, здороваясь, целует Ми, а  До
не целует, не поцелует и Ля.
   И, бывало, играют они в свадьбу. Крестная непременно выберет  себе  в
пару Ми, ни за что не выберет ни До, ни Ля.
   А бывало у них и огорчение: крестная уезжает. Плачет она, прощаясь  с
Ми, ничего не скажет она До, ничего не скажет она на прощание Ля.
   Самая красивая из трех этих девочек - Ми, самая умная - До, ну  а  Ля
скоро умрет.
   День ее похорон - памятный в жизни Ми и До. Вереницей стоят зажженные
свечи, горкой высятся шляпы на столе в церковном притворе. Гробик Ля бе-
лый, земля на кладбище сырая, вязкая. Яму роет человек в куртке с  золо-
тыми пуговицами. На похороны приехала крестная Мидоля. И,  когда  Ми  ее
целует, крестная говорит: "Ненаглядная ты моя". А До  она  говорит:  "Ты
запачкаешь мне платье!"
   Проходят годы. Крестная Мидоля живет далеко-далеко и  шлет  письма  с
грамматическими ошибками, а рассказывают о ней шепотом, сначала она бед-
ная и шьет обувь для богатых дам. А потом ей удается  разбогатеть,  и  в
мастерских ее делают женскую обувь для бедных. А потом у нее уже столько
денег, что она скупает красивые дома. И однажды - когда помер дедушка  -
она приезжает в большущей машине. Она дает Ми  примерить  свою  красивую
шляпку, а на До смотрит и не узнает ее. Земля на кладбище сырая, вязкая,
а человек, который засыпает дедушкину могилу, носит  куртку  с  золотыми
пуговицами.
   Со временем До станет Доменикой, а Ми-далекой  Мишелью;  они  видятся
только изредка, когда Мишель приезжает на каникулы и дает кузине До при-
мерить свои пышные наряды из органди, и, что бы Мишель ни  сказала,  все
кругом умиляются, а крестная шлет ей письма, в которых называет ее "сво-
ей ненаглядной". И настанет день, когда Ми заплачет над могилой  матери.
Земля на кладбище сырая, вязкая, крестная обнимает за  плечи  Ми,  Мики,
Мишель и что-то ей нежно шепчет, а что - До не слышит.
   И потом Ми - она в трауре, потому что у нее не стало матери, - скажет
кузине До: "Мне нужно, нужно, чтобы меня любили". Когда они идут гулять,
она же берет До за руку и не выпускает ее. Она говорит своей кузине  До:
"Если ты поцелуешь меня, если прижмешь меня к себе, я никому об этом  не
скажу, мы с тобой поженимся".
   А некоторое время спустя - то ли через два, то ли через три года - Ми
простится с отцом на асфальтовой дорожке аэродрома, подле огромной  пти-
цы, что унесет его вдаль, в свадебное путешествие с крестной  Мидоля,  в
город, который До разыскивает, водя пальцем по картам  своего  школьного
атласа.
   А еще через некоторое время Ми уже больше нигде не  встретишь,  разве
что на фотографиях в журналах с глянцевитой обложкой. То  увидишь  ее  с
распущенными по плечам длинными черными волосами, в бальном платье, вхо-
дящую в огромный зал, весь в мраморе и позолоте. То предстанет перед то-
бой длинноногая девушка в белом купальном костюме, лежащая на палубе бе-
лого парусника. А иной раз она ведет маленькую открытую машину, на кото-
рую карабкаются, цепляясь друг за друга и  размахивая  руками,  какие-то
молодые люди. Иногда хорошенькое личико Мики серьезно, брови над  краси-
выми светлыми глазами немного насуплены, но это потому,  что  ее  слепит
играющее на снегу солнце. А иногда она улыбается  совсем  близко,  глядя
прямо в объектив, и под фотографией написано  по-итальянски:  "Когда-ни-
будь эта девушка станет одной из самых богатых наследниц в стране".
   Пройдут еще годы, крестная Мидоля умрет, как  умирают  феи,  в  своем
дворце-то ли во Флоренции, то ли в Риме, то ли на берегу  Адриатического
моря, - и не кто иной, как До, выдумает эту сказку, хоть и отлично знает
(ведь она уже не маленькая девочка), что сказка эта-ложь.
   Правды в ней чуть, но и этого довольно, чтобы До не спалось по ночам,
да и крестная Мидоля ведь не фея, а всего лишь богатая старуха,  которая
пишет безграмотные письма, и До видела ее только  на  похоронах,  и  она
вовсе ей не крестная, да и Мишель ей вовсе не кузина-это просто расхожие
слова, какие говорят кухаркиным детям вроде До и Ля: и звучит приятно, и
вреда никому не принесет.
   Сверстница юной принцессы с длинными волосами, украшающей иллюстриро-
ванные журналы, двадцатилетняя До всю свою жизнь получает  на  Рождество
открытые туфельки, шитые во Флоренции. Оттого, может быть, она и считает
себя Золушкой.
 
 
   УБИЛА
 
   Вспышка яркого света ножом полоснула по глазам. Кто-то склоняется на-
до мной, чей-то голос пронзает мой мозг, я слышу крики, отдающиеся  эхом
в дальних коридорах, но знаю: это кричу я. Я вдыхаю открытым ртом  тьму,
наполненную незнакомыми лицами, чьим-то шепотом, и снова умираю,  счаст-
ливая.
   Через мгновение - через день, неделю, год-свет  вспыхивает  снова  по
другую сторону моих смеженных век, мои руки горят, и рот и  глаза  тоже.