Ольга Лаврова, Александр Лавров.
Следствие ведут знатоки 1-3

"Букет" на приеме
До третьего выстрела
Из жизни фруктов
Волшебные узоры
Бумеранг
Естественная убыль



    Ольга Лаврова, Александр Лавров.
    "Букет" на приеме


     Origin: Электронная библиотека Алексея Снежинского


     В  дежурной части Петровки, 38  комната  для сотрудников, выезжающих на
происшествия,  имеет  вид казенный,  но  в  ней  есть  все, что  дает  людям
возможность прилечь  отдохнуть  или чем-то заняться между  выездами.  Дело к
вечеру. Знаменский и Томин скучают, Кибрит что-то вяжет на спицах.
     -- Давненько мы  не  дежурили втроем, -- говорит Пал  Палыч, откладывая
газету.
     -- Если  мне  не  изменяет  память, ровно  два  с половиной месяца,  --
доносится с дивана, где расположился Томин.
     -- Тебе никогда не изменяет память, Шурик.
     -- И чувство юмора, Зинуля, чувство юмора!
     --  Ну,  сегодня  с десяти утра ты  пытался  шутить всего раза  три, не
больше.
     --  Да  и  то  неудачно,  -- лениво  подковыривает  Знаменский.  --  Мы
улыбались только из вежливости.
     -- Большое  мерси,  я  вам  это  припомню...  Может, ты наконец бросишь
считать свои петли?
     -- Тогда я собьюсь с узора!
     --  Кошмарная  перспектива!..  Паша, ты бы поверил,  что она увлекается
такой ерундой?
     -- С трудом.
     -- Почему ерундой?
     -- Потому что ты, Зинаида, интеллектуальная женщина...
     -- Шурик, надоедает быть интеллектуальной. Хочется иногда побыть просто
женщиной.
     -- И что себе вяжет "просто женщина"? -- интересуется Пал Палыч.
     -- Шапочку.
     -- Шапочку... -- Томин морщится. -- Как трогательно!
     Из динамика раздается каркающий голос:
     --  Дежурная  группа:  эксперт  Кибрит,  инспектор Томин,  следо­ватель
Знаменский  --  на  выезд.  Разбойное  нападение  на  кварти­ру.  Отравление
потерпевших газом. Сыромятническая, 34...
     -- В моем доме? -- ахает Томин.
     -- ...подъезд второй, квартира шестнадцать.
     -- Невероятно...  Это  же Петуховы! Чета пенсионеров, их  квар­тира под
нами...  -- удивляется Томин, вместе со всеми  быстро собираясь. --  Они еще
все требовали, чтобы я ходил в мягких тапочках!

     * * *

     В прихожей двухкомнатной квартиры Петуховых теснятся Знаменский, Томин,
Кибрит,  участковый уполномоченный,  по­нятые  и  фотограф.  Отсюда частично
виден  разгром  внутри: распахнутые шкафы, разбросанные по полу вещи, ящики,
вынутые из комода. Половик в коридоре сбит комком и сдвинут к стене,  на нем
валяется шляпа. Некстати громко звучит веселая музыка -- включен приемник.
     Фотограф щелкает аппаратом, взглянув под ноги, немного ступает вперед и
снова щелкает. Кибрит в резиновых перчатках поднимает шляпу, оглядев, кладет
на стул.  Осторожно  разворачивает и осматривает половик. Томин и Знаменский
разговаривают с участковым.
     -- Что сказал врач?
     --  Врач  сказал   --  надежда  есть,  товарищ  старший  инспектор,  --
участковый старается говорить официально, но то и дело сбивает­ся на бытовой
тон. -- Потерпевших оглушили  ударом по  голове, но не сильно.  Однако потом
они наглотались газу... От всего этого сердечные припадки у обоих.
     -- Они были в сознании?
     -- Какое там...
     -- Расскажите, пожалуйста, по порядку, -- просит Знаменский.
     -- Есть, товарищ майор. От  граждан  из  квартиры  пятнадцать  поступил
сигнал  об  утечке  газа.  Аварийная  установила,  что  газ проникает  через
вентиляционное  отверстие  в  кухне, видимо,  из  соседней  квартиры... этой
самой, значит, потому что вытяжной ход у них общий.
     --  Ясно.  Минуточку, --  прерывает  Томин.  --  Зина,  нельзя  ли  нам
выключить эту музыку?
     --  Чтобы  добраться  до приемника, надо отработать вход. По воздуху  я
порхать не умею.
     -- Извини. Продолжайте, пожалуйста.
     --  Когда на звонки  и  стук в  данную квартиру никто не отозвал­ся,  а
соседка сказала, что Петуховых дома нет, вызвали меня и вскрыли дверь.
     -- Кто сюда входил?
     -- Только  я, потому  как  сразу оценил  обстановку... Прошел на кухню,
перекрыл  газ  и вызвал  "скорую". Ну,  а потом,  конечно, врач с
санитарами. Но я следил, чтобы ни за что не хватались.
     Музыка  наконец  смолкает:  "Можете  войти!" -- разрешает  Кибрит.  Все
направляются  к  двери   первой  комнаты,   приостанав­ливаются  на  пороге.
Подсвечивая себе специальной лампой, Кибрит разглядывает  разбитый цветочный
горшок, шкаф.
     -- Следов слишком много. Боюсь, все хозяйские.
     -- Типичная  картина ограбления  без точного наводчика, -- констатирует
Пал Палыч.
     -- Да что у  них было взять-то? Товарищ инспектор,  вот вы как  человек
здешний...
     --  Деньги. Сын  много лет работает на Севере,  высылал  им,  собирался
купить машину, -- прихватив носовым платком, Томин поднимает с пола семейную
фотографию. -- Снялись года два назад, в последний его приезд...
     -- Ты хорошо его знаешь? -- вглядывается Знаменский в фото­графию.
     -- Одно время родители с ним  намаялись... нет, без уголовщи­ны, просто
стойко бездельничал. Потом взялся за ум.

     * * *

     Тот,  о  ком  речь,  находится  за   тысячи  километров.  В  просторной
бревенчатой избе в компании троих  мужчин рабочего вида Борис Петухов играет
в преферанс.