Ганс Гельмут Кирст.
        Фабрика офицеров

   -----------------------------------------------------------------------
   Hans Hellmut Kirst. Fabrik der offiziere.
   Пер. с нем. - Г.Онищенко, В.Семин, В.Чернявский, Ю.Чупров.
   М., Военное издательство, 1990.
   OCR & spellcheck by HarryFan, 31 July 2002
   -----------------------------------------------------------------------



        "В ПАМЯТЬ О ПОКОЛЕНИИ, КОТОРОЕ БЫЛО ПРЕДАНО, КАК ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ СОВРЕМЕННОЙ МОЛОДЕЖИ."

   Это -  история  обер-лейтенанта  Крафта.  И  возможно,  найдутся  люди,
которые будут  оспаривать  ее  достоверность,  -  что  ж,  есть  несколько
человек, которые пережили все это сами. Должно быть, кое-кого она огорчит,
но тут уж ничего не поделаешь. Ведь смерть тоже может посмеяться,  и  даже
убийца не обязательно должен быть человеком, не обладающим чувством юмора.
Обер-лейтенант Крафт, во всяком случае, знал, что это такое. И он  за  это
дорого заплатил.
   Произошло это во время работы 16-го выпуска ускоренной школы подготовки
офицеров в период с 10 января по 31 марта 1944 года. Место действия -  5-я
военная школа в Вильдлингене-на-Майне. В описании  приведены  выдержки  из
протоколов военно-полевого суда, писем, документов и биографий. Все имена,
разумеется, изменены. И пусть правда  многолика  -  здесь  отображены,  по
крайней мере, некоторые ее стороны. Предлагаемая вам история  не  является
возвышающей  душу.  Не  примите   это   как   извинение   -   это   только
предупреждение.



        "1. ПОХОРОНЫ ЛЕЙТЕНАНТА"

   Обер-лейтенант  Крафт  в  шинели  с  разлетающимися  полами  бежал   по
кладбищу. Вид у  него  был  перепуганный,  что  вызвало  среди  участников
похорон оживленный интерес, так как появилась возможность внести некоторое
разнообразие в такую довольно-таки скучную церемонию, как похороны.
   - Позвольте  пройти!  -  приглушенно  восклицал  обер-лейтенант  Крафт,
стараясь  проскользнуть  между  отрытой  могилой  и  группой  офицеров.  -
Пропустите, пожалуйста!
   На его просьбу отвечали согласными кивками, но никто не уступал  Крафту
места, очевидно надеясь, что он, в конце концов, съедет в яму. Это было бы
дальнейшим шагом на пути к желанному разнообразию. Потому что затянувшиеся
похороны действовали на бывалых вояк примерно так же, как  и  затянувшееся
богослужение - последнее, впрочем, имело то  преимущество,  что  во  время
него можно было хоть сидеть, и к тому же крыша над головой...
   - Почему такая спешка? - поинтересовался капитан Федерс.  -  Может,  за
это время появился еще один труп?
   - Насколько мне известно, еще  нет,  -  ответил  обер-лейтенант  Крафт,
протискиваясь вперед.
   - Если и дальше так пойдет, - без тени смущения  заявил  своим  соседям
капитан Федерс, - мы можем прикрыть военную школу и  открыть  погребальную
контору. С ответственной  ограниченностью  [в  немецком  языке  существует
сокращение gmbH - "общество  с  ограниченной  ответственностью"  (торговое
предприятие и т.п.); Федерс сознательно переставляет местами два последних
слова этого выражения, несколько изменив их].
   Но каким бы беспечным ни казался капитан Федерс, он, делая  даже  здесь
подобные замечания,  все  же  говорил  вполголоса,  ибо  неподалеку  стоял
генерал.
   Генерал-майор Модерзон стоял у  изголовья  отрытой  могилы  -  большой,
выпрямившийся во  весь  рост,  четко  выделяющийся  на  фоне  неба.  Стоял
неподвижно, как изваяние.
   Казалось, он никак не реагировал  на  происходящее.  Он  не  бросил  ни
одного взгляда на рвавшегося вперед обер-лейтенанта Крафта, не вслушивался
в замечания капитана Федерса. Он стоял так, словно позировал скульптору. И
увидеть его однажды где-нибудь в виде статуи было  тайным  желанием  всех,
кто его знал.
   Где бы  ни  появлялся  генерал-майор  Модерзон,  он  всегда  становился
центром всеобщего внимания. Все краски в его присутствии  бледнели,  слова
утрачивали свой смысл.  Небо  и  окружающий  ландшафт  становились  только
фоном. Гроб у его ног, державшийся на досках над отрытой могилой, выглядел
не более чем реквизит. Группа стоявших  справа  от  него  офицеров,  кучка
фенрихов слева, адъютант и  командир  административно-хозяйственной  роты,
стоящие в двух шагах сзади, - все они свелись до положения более или менее
декоративных второстепенных персонажей.  Весь  пестрый  блеск  окружающего
великолепия служил  только  окаймлением,  рамкой  для  портрета  генерала,
удачно  выполненного  в  холодноватых,   стальных   тонах.   Генерал   был
олицетворением истинного пруссака; во всяком случае, так считали многие.
   Генерал  владел  искусством  держаться  высокомерно,  вызывая  к   себе
уважение  и  почтительность.   Казалось,   ничто   человеческое   ему   не
свойственно.  Так,  ему  всегда  было  безразлично  состояние  погоды,  но
состояние военной формы - никогда! И, даже несмотря на то что на  кладбище
гулял ледяной ветер, он не поднимал воротника своей шинели. И  никогда  не
совал руки в карманы.
   Он всегда во  всем  был  образцом,  и  офицерам  не  оставалось  ничего
другого, кроме как следовать его примеру. Они жестоко мерзли,  потому  что
стоял лютый холод. А этому ненужному представлению конца не было видно.