- Жарить нечего, - отозвалась Варвара, выуживая  чайник  из  раковины,  -
была курица, но я ее уже съела.
   - На твою курицу я и  не  рассчитывала,  -  решительно  заявила  Татьяна,
появляясь на пороге кухни, - я купила отбивные.
   - Маленькие? Как тортик? - уточнила Варвара.
   - Здоровые. Ну и что? - проскулила она, преданно глядя на Варвару, -  ну,
раз уж у меня каникулы!..  Поесть-то  можно!  Господи,  я  в  последний  раз
спокойно ела на прошлый Новый год, да и то после четырех часов  ночи,  когда
Ваську спать загнала и родители улеглись. Никто не руководил, не  приставал,
не поучал, не рыдал,  не  спрашивал,  где  суффикс,  где  окончание,  а  где
числитель со знаменателем!..
   - А картошка зачем? - спросила Варвара  строго,  глядя,  как  в  раковину
проворно летят коричневые очистки. Алые до нелепости ногти  хищно  сияли.  -
Картошка с мясом!.. Хуже только торт с маргариновыми розами!..
   - Не хуже! Картошка с мясом хороша в своем роде, а торт с розами в своем.
Или плоха.
   - Плоха, - подтвердила Варвара. - Картошку варить или жарить?
   - Варить. Мясо жарить. Картошку варить. И то и другое жарить - вредно.  А
ты чего в этом халате? Стряслось что-нибудь?
   - Стряслось, - вздохнула Варвара, - а картошку давай все-таки пожарим!  У
нас на работе сегодня один придурок помер, и я чуть под  машину  не  попала.
Вернее, я попала, но.., не очень.
   - Как - не очень?! - возопила подруга, оставив ?придурка? без внимания. -
Как это можно попасть ?не очень??! Ты что, на красный  переходила?!  Или  на
зеленый?!  Если  на  зеленый,  то  надо  в  суд  подать,  чтобы  компенсацию
выплатили! У тебя свидетели есть?
   - Тань, ну что ты говоришь?! Какой суд, какие свидетели?! Хорошо,  что  с
миром отпустили, да еще до дому довезли и  с  меня  никакой  компенсации  не
потребовали! Машина такая.., солидная была. Большая. И хозяин.., солидный.
   Почему-то неожиданно и слишком ясно вспомнились серые глаза, темные из-за
очень густых и коротких прямых ресниц, большие руки, и еще голос,  и  уютный
автомобильный свет, и то, как она потом ковырялась  на  дорожке,  размахивая
сумкой.
   Фу, как ужасно!..
   - И из сумки все  украли,  -  продолжила  Варвара  с  тоской,  -  пока  я
поднялась, отряхнула пальто...
   - Как - все?! - ахнула Татьяна. Она ахала и ужасалась, но про картошку  с
мясом не забывала ни на секунду - посолила, помешала, а теперь внимательно и
с удовольствием принюхивалась. - Денег сколько было?
   - Пятьсот рублей. И паспорт еще!.. Теперь придется в милицию тащиться,  и
в фотографию, и в домоуправление, и еще, небось, в сберкассе платить, а  там
очереди! Я только две недели назад заграничный  паспорт  оформляла,  думала,
что мне конец придет. Оказывается, в нашей  стране  победившего  капитализма
все повально едут за границу. Ты что-нибудь об этом слыхала?
   - Нет, - призналась Таня.
   - Я тоже не слыхала. А тут ко  мне  в  международном  отделе  пристали  -
оформляй  да  оформляй  паспорт.  Мы  компания  современная,  у  всех  наших
сотрудников непременно должны быть паспорта!.. Вдруг шефу взбредет в  голову
меня на стажировку отправить в Лондон или в Нью-Йорк!
   - А он.., моет.., опраить? - спросила Таня с набитым ртом.
   - Нет! Но это неважно. Важно, чтобы у международников в  компьютере  были
данные - Варвара Лаптева, секретарь, паспорт номер такой-то. Тань, я с  этим
паспортом валандалась три недели. И теперь что - заново начинать,  следующий
оформлять?! - Тут Варвара совершенно неожиданно для себя заревела.
   Вроде и не собиралась, и все как-то отступило и  улеглось,  и  халат  она
достала, и курицу съела, и почти позабыла  о  том,  как  нахальный  водитель
весело называл ее бабкой, - и заревела!
   Ревела она долго, со вкусом, подвывала и всхлипывала.  Таня  косилась  на
нее, подцепляла со сковороды лепестки картошки, молча жевала и ни о  чем  не
спрашивала.
   Как хорошо, что есть подруги, которые знают, когда  можно  спрашивать,  а
когда лучше жевать картошку и молчать. Раз есть  такие  подруги,  и  жареная
картошка, и мясо, и тортик - значит, наплевать на Ивана Александровича и его
машину и на его болтуна-шофера, вот только денег жалко, и паспорт...
   - Хватит рыдать, - приказала Таня, и Варвара  послушно  утерлась  рукавом
халата, - сейчас все пережарится, и получится гадость. Давай лучше есть.
   - Я решила худеть,  -  объявила  Варвара  за  чаем  с  ломтем  ?тортика?.
Некстати пришедшую на ум Вику Горину она прогнала.
   - По Монтиньяку хорошо, - подсказала Таня. - У  нас  в  бухгалтерии  одна
девица на пятнадцать килограмм похудела.  Только  картошку  нельзя  и  белый
хлеб, а все остальное можно, даже шоколад.
   - Свежо предание, - вздохнула Варвара и водрузила  на  свою  тарелку  еще
один ломоть торта, -  по-моему,  на  пятнадцать  килограмм  можно  похудеть,
только если кардинально изменить образ жизни.
   - Как?
   - Так. К примеру, страшно разбогатеть и перейти на устрицы и креветки.  И
есть их до конца жизни. В теннис начать играть. Знаешь, как  это  шикарно  -
сегодня с утра у меня теннис и сауна, позвони мне после обеда, когда  я  уже
буду пить свой чай из трав и заедать его булочкой из неочищенных злаков...