Сергей Алексеев.
   Сокровища Валькирии 1-5

   Книга 1.

   "30 июля поздним вечером полиция Эль-Харга - города на  юге  Египта  -  в
мусорном баке обнаружила труп гражданина Ливии Карамчанда Зелвы, задушенного
с помощью нейлоновой гитарной струны, Полиция считает..." Он швырнул  газеты
- как всегда полиция предполагает полный  абсурд...  Зелву  убили  сразу  же
после исчезновения Джонована Фрича. Правда, вместе с Зелвой точно  таким  же
способом погибло еще шесть человек в разных частях света. Но  они  не  имели
никакого отношения к делу. Это  жертвы  ритуала  -  "семиструнной  гавайской
гитары"...  В  кабинете  магистра  найден  любопытный  прибор,  приставка  к
радиотелефону.  Каждые  восемь  часов  он  прикладывал  руку   к   табло   с
индикатором, и в эфире не было никакой тревоги. И когда Фрич не  вернулся  в
офис, через шестнадцать часов  его  радиотелефон  автоматически  связался  с
абонентом в Будапеште и три минуты передавал звучание  гавайской  гитары.  А
наутро газеты вышли с рекламой концерта композитора Зелвы... Мы  только  что
пережили гибель дочери и внука Мохандаса  Ганди,  только  что  заделали  эту
брешь... И вот новая пробоина! Конечно, они ждут  наших  ответных  действий,
избирают новых заложников, чтобы сыграть еще один аккорд... И, я думаю, если
мы  втянемся  в  этот  оркестр  -  будет  война...  А  сейчас   она   крайне
нежелательна!

   КНИГА ПЕРВАЯ

   1
   Обыск в квартире Русинов обнаружил довольно поздно,  изрядно  натоптав  в
передней, зале  и  на  кухне.  За  десять  дней  без  хозяина  на  пол  осел
значительный слой пыли - осталась  открытой  форточка,-  и  всякий  след  на
свежелакированном паркете сразу бы бросился в глаза. Однако следов почему-то
не было даже в кабинете, за плотно закрытой дверью.  Русинов  несколько  раз
приседал, рассматривая пыльное зеркало пола,- ни единого  отпечатка.  Скорее
всего, паркет после обыска протерли и вещи расставили  точно  так,  как  они
стояли.  Но  все-таки  допустили  единственную  небрежность:  между   стопок
журналов  на  столе   обронили   маленький   пакетик   с   двумя   запасными
предохранителями от какого-то японского прибора. Русинов очень хорошо  знал,
что есть у него в доме и чего нет  и  быть  не  может,  и  потому,  случайно
заметив эти предохранители, сразу же насторожился: он  отлично  помнил,  как
прибирал на столе перед отъездом и что никакого пакетика не  видел.  Значит,
он появился за эти десять дней, пока  Русинов  был  на  глухариной  охоте  в
Вологодской области. Кто-то входил в квартиру и  вносил  прибор...  Какой  и
зачем? Причем прибор был наверняка упакован и там,  в  упаковке,  находились
запасные предохранители...
   Прежде чем обследовать квартиру, он глянул  на  электросчетчик  и  сверил
цифры с теми, что были записаны в расчетной  книжке,-  почему-то  "нагорело"
пять киловатт, хотя перед отъездом на охоту  Русинов  отключил  холодильник,
который мог накрутить счетчик, и заплатил за электроэнергию. Судя по  всему,
неведомый прибор, побывавший в его квартире, был мощный, и скорее всего, это
либо портативная рентгеновская установка, либо лазер...
   А если так, значит, в доме был обыск.
   Сначала  Русинов  осмотрел  кабинет-  книжные  полки,  письменный   стол,
подоконник, где пачками лежали научные журналы, и  обнаружил  еще  несколько
примет: выцветшие или пожелтевшие на солнце полоски  на  обложках  оказались
спрятанными, а кое-где, напротив, торчали свежие, не тронутые светом уголки.
Кто-то рылся в рукописях и материалах, лежащих в ящиках стола,  и  на  самом
столе все бумаги были тщательно  разложены,  может  быть,  чуть  аккуратнее,
нежели Русинов  раскладывал  сам.  Тот,  кто  делал  обыск,  прекрасно  знал
характер и поведение хозяина квартиры и, конечно же, располагал информацией,
куда и насколько уехал, и потому работал неторопливо,  со  знанием  дела.  В
доме побывала Служба, а не воры, и это обстоятельство еще больше встревожило
Русинова.  Если  для  негласного  обыска  сюда  притаскивали   рентгеновскую
установку, значит, искали тайники, но поскольку их найти  не  смогли  -  ибо
таковых в квартире не существовало, а в бумагах  тоже  ничего  интересующего
Службу не обнаружили,- то возможно,  в  телефон,  в  репродуктор  или  стены
влепили "клопов" и теперь будут слушать...
   Самое главное было - понять,  чья  это  Служба  и  что  пытается  добыть.
Маловероятно, что контрразведка,- Русинов никаких секретов не  продавал,  не
разглашал и даже в  будущем  делать  этого  не  собирался,-  и  на  то,  что
негласный обыск проводили в целях получить какие-то улики против него,  тоже
не похоже. Чего ради будут собирать компрматериалы, если он  уже  три  года,
как не работает в Институте, да и самого Института больше  не  существует  в
природе,  как,  впрочем,  и  той  закрытой  лаборатории,  которой  руководил
Русинов, научные  же  материалы  частью  уничтожены,  а  частью  переданы  в
спецотделы Министерства финансов  и  Госбезопасности.  Члены  ликвидационной
комиссии  поставили  свои  подписи  и  тем  самым  сняли  всякую  дальнейшую
ответственность с завлаба за судьбы всех многолетних наработок. Их могут еще
больше засекретить и опустить в бронированные сейфы, а  могут  при  нынешней
безрассудной гласности вытащить на свет Божий, и все тайны  скоро  пожелтеют
или выцветут на газетных полосах...