По-летнему, в полный голос сверчали цикады. И  теплый  мексиканский  ветер
шуршал пальмовыми ветками. Даже если покупать у немцев "Мерседесы-600"  по
оптовой цене в тридцать гран  за  штуку  и  еще  двадцать  тратить  на  их
переделку и обшивку броней или даже кевларовыми панелями, сто штук  чистой
прибыли на каждой машине - да, эти русские умеют, оказывается,  не  только
бомбить вьетнамские и афганские деревни. Пусть не  полторы  тысячи,  пусть
только тысячу долларов достанется Роби-ну  с  каждой  проданной  машины  -
елки-палки! неужели уже через два года он станет  миллионером?  Он,  Робин
Палски, "чокнутый на  всю  голову",  "крези  механик",  безродный  сирота,
подброшенный недельным младенцем в кливлендскую церковь, он - миллионером?
Прилетит в  Кливленд  на  своем  самолете,  доверху  заполненном  детскими
игрушками для кливлендского приюта, и будет катать на этом  самолете  всех
тамошних детей, а потом подарит им -  что?  что  еще,  кроме  игрушек,  он
подарит детям, которые живут  в  том  детдоме,  где  он  жил?  Компьютеры?
Видеоигры? Танковую дивизию заводных "гудерианов"? Тонну шоколада?
   Он должен подумать. О, он придумает! Он придумает для них что-то такое,
специальное,"как в Диснейленде! И, конечно, он поставит  памятник  мистеру
Адамсу, директору приюта,  который  выпорол  его,  трехлетнего,  когда  он
разобрал   игрушечный   "гудериан",   подаренный   приюту   самим    Айком
Эйзенхауэром. Но выпорол не за то, что Робин разобрал эту  игрушку,  а  за
то, что он собрал ее без трех "лишних" частей! Хороший, красивый  памятник
он поставит мистеру Адамсу!..
   Впрочем, стоп! Какого черта он размечтался, если ему нельзя, невозможно
ехать в эту проклятую Россию?
   Интересно, куда подевались Кларк и Гейбл, которым Винсент, приезжая  на
ранчо, всегда разрешает "побаловаться"  по  ночам?  Неужели  эти  засранцы
опять погнались за койотами в Мексику?
   Миллион долларов! Нет, это нереально. И вообще деньги  никогда  его  не
прельщали. Он был бедняк  по  рождению  и  по  воспитанию.  Люди,  имеющие
большие деньги, были для него людьми из другого мира: сначала - в  детстве
- неизвестного ему, потом - в юности - недоступного, а в зрелости - как бы
отстраненного  и  отчасти  даже  презираемого.  Так   любой   вегетарианец
презирает  мясоедов,  так  воспитанный  в  религиозном  пуританстве  стоик
отвергает и презирает соблазны клубов "гоу-гоу" и стриптиз-баров.
   А  этот  миллион  (МИЛЛИОН!)  долларов   -   просто   красивая   мечта,
пролетевшая, как комета в ночном небе.
   Робин впервые пожалел, что не курит. Наверное, нужно выпить. Он  прошел
в глубину веранды, открыл бар, взял  початую  бутылку  виски  и  отхлебнул
прямо из горлышка. И собрался сделать  еще  глоток,  когда  услышал  хруст
песка под чьими-то тяжелыми шагами. Он вгляделся в темноту  и  не  поверил
своим глазам - там, с юга, из прерий широким и уверенным шагом двигался  в
темноте этот чертов русский "Баффало булле".  На  его  левом  плече  дулом
книзу болтался семизарядный карабин с оптическим прицелом ночного видения,
а на правом - два крупных зайца, связанных ремешком  по  задним  ногам.  И
рядом с этим русским  весело,  как  заискивающие  щенки,  бежали  свирепые
винсентовские питбули Кларк и Гейбл.
   - Hi! - сказал русский, шумно взойдя на веранду, бросил на стол  зайцев
и карабин и рухнул в кресло. - I tied! (Я устал!)
   Еще бы! -  подумал  Робин.  Если  он  не  слышал  выстрелов,  то  можно
представить, как далеко уходил в прерии этот русский!
   Русский протянул руку за бутылкой виски и, получив ее,  тут  же  сделал
три больших глотка прямо из горлышка.
   - Good! - сказал он, утерев губы. - You have great country!  Wonderful!
(Отличная страна! Замечательная!) - он протянул Робину руку и продолжил по
русски: - Джордж. Георгий. Меня зовут  Георгий  Брух.  А  тебя?  Как  тебя
звать, партнэр?
   Изумляясь, как легко он понял этот русский вопрос, Робин своим  рабочим
фломастером написал на столе:
   "MY NANE IS ROBIN PALSKY".
   - Good! - сказал Джордж и посмотрел на часы. - Four o'clock! So it nine
in London, yes? (Четыре часа. Значит, в Лондоне сейчас девять, так?)
   Робин кивнул.
   Брух вытащил из кармана телефон  "Моторолу"  и  с  привычной  легкостью
набрал какой-то длинный, пятнадцатизначный  номер.  Послушал  и  сказал  в
трубку:
   - Алло! My name George Bruch! You recive five hundred sausand  from  my
bank in Moskau? Yes? Senk you! - Он выключил телефон и  сказал  Робину:  -
О'кей, иди буди своего шефа - пятьсот штук уже у "Ллойда" в Лондоне! И  не
забудь теплые вещи - у нас еще зима в России. Зима, понимаешь? Вэри колд!
   Как ни странно, Робин абсолютно не удивился тому, что этот русский  так
легко перебросил полмиллиона долларов  из  "своего"  московского  банка  в
Лондонскую адвокатскую фирму. Его больше изумило то,  что  он  второй  раз
совершенно запросто понял все, что сказал ему этот Брух по-русски.



   4

   Амадео Джонсон долго читал ллойдовский факс насчет эскро-счета  и  даже
разглядывал его на просвет - он любил прикинуться  дебилом,  что  при  его
внешности выглядело куда натуральней, чем странное наличие острого  ума  в
этом гориллообразном гиганте. Потом, отъехав на кресле от своего  стола  к
свету - к стеклянной стене  своего  кабинета  на  тридцать  третьем  этаже
небоскреба "Санта-Фе траст сэ-винг бэнк", он  медленно,  по  слогам,  стал
читать  "Протокол   о   намерениях",   подписанный   Винсентом   Фер-рано,
президентом "Сэйф уэй, инк.",  Георгием  Бру-хом,  генеральным  директором
российского  акционерного  общества  "Земстрой",  и  Юрием   Болотниковым,
председателем  Московского  Федерального  Банка,  о  создании  совместного
предприятия "RUSAM Safe Way International, Inc." с  лицензией  российского
правительства на монопольную торговлю бронированными автомобилями на  всей
российской территории. Конечно, он уже давно сообразил,  какие  доходы  (и
перспективы для его картеля) сулит эта затея, а теперь, ведя огромным, как
у Кинг-Конга, пальцем по строкам "Протокола"  и  беззвучно  шевеля  своими
толстыми, как лангусты, губами, он просто прикидывал,  что  ему  выгодней:
отнять у Винсента его компанию сейчас или дать ему отсрочку уплаты долга и
возможность поставить на ноги этот бизнес в России - с тем чтобы доить его
все последующие годы.