Метаморфоза произошла буквально на глазах. За какие-нибудь две недели  из
самоуверенного  и  довольного  всем  человека  он  превратился  в  тупого  и
покорного теленка, которого крепко держала на  коротком  поводке  никому  не
известная доселе девушка Настя. Между прочим, никто  до  сих  пор  не  знал,
откуда она взялась и как попала в приемную их закадычного приятеля. Возникла
однажды за столом секретарши, словно находилась там все время, - и никто  не
задал ни единого вопроса. И только когда на дне рождения  Олега,  их  общего
друга, Володя появился вместе со своей секретаршей, все задумались: а что бы
это значило? Но то ли из деликатности,  то  ли  надеясь  в  душе,  что  друг
наконец-то остепенится  и  женится  на  этой  постоянно  загадочно  молчащей
симпатичной девушке, никто не стал лезть к нему в  душу  с  вопросами.  Надо
отдать  ей  должное,  Настя  была  действительно  хороша  собой.  Когда  она
проходила мимо, покачивая  обтянутыми  юбкой  стройными  бедрами,  у  мужчин
перехватывало дыхание и все обрывалось внутри. У  нее  была  высокая  грудь,
длинные темные волосы, зеленые глаза с необычным разрезом и  красивой  формы
чувственно пухлые губы. То есть она была  настолько  хороша,  что  все  жены
Володиных друзей приревновали к ней своих мужей.  Потом  пару  стали  видеть
вместе в ресторанах и в Театре на  Таганке,  куда  Володя  обычно  ходил  по
выходным. На все вопросы о его планах на будущее Володя  уклончиво  отвечал:
время покажет.  И  давал  понять,  что  дальнейшие  разговоры  на  эту  тему
нежелательны. Он отдалился от всех, стал  необычайно  замкнут,  по  телефону
разговаривал неохотно, словно  общение  с  друзьями  его  тяготило,  на  все
предложения сходить в боулинг-клуб или расписать под пиво пулю у него  дома,
что часто водилось раньше, отвечал отказом. А через две  недели  все  друзья
получили письменные приглашения на  церемонию  бракосочетания  рабов  божьих
Владимира и Анастасии. Ни дома, ни в офисе  найти  его,  дабы  поздравить  с
предстоящей свадьбой и выведать хоть какие-то  подробности,  никто  не  мог.
Дома трубку не брали, а на работе уже  новая  пожилая  секретарша  неизменно
отвечала, что президент на совещании. Тех, кто пытался неожиданно  нагрянуть
к нему в офис, чтобы застать врасплох,  она  бесцеремонно  выпроваживала,  а
если  кто-то  продолжал  настаивать  на  аудиенции,  эта   мегера   вызывала
охранников. Одним словом, все сошлись на мысли, что у Володи на почве первой
в жизни влюбленности поехала крыша, и никто его за  это  не  осуждал  -  все
понимали, как трудно устоять перед такой красотой.
   Игорь выступал  на  свадебном  торжестве  в  качестве  фотографа.  Будучи
страстным  фотолюбителем,  он  таскал  с  собой  фотоаппарат  даже  в  кино,
рассчитывая урвать подходящий  кадр  для  своей  личной  коллекции,  которую
втайне  надеялся  когда-нибудь  обнародовать,  получив  мировое   признание.
Фотографировать он умел и  любил  и  всегда  сам  проявлял  пленку  и  делал
фотоснимки,  не  доверяя  никому  столь  тонкую  работу.  Венчание   молодых
проходило  в  старенькой  часовне,  затерянной  среди  лесов  неподалеку  от
Лыткарино, -  это  был  бзик  богатого  коммерсанта  Володи,  ему  почему-то
захотелось экзотики, и никто не стал спорить. Потратив  немалые  деньги,  он
умудрился притащить в часовню и  работника  загса,  который  зарегистрировал
брак честь по чести.
   У Игоря было несколько камер, на свадьбу он взял только две, зарядив одну
цветной, а другую черно-белой пленкой. На цветную он снимал основные моменты
ритуала, а на черно-белую фотографировал для своей коллекции, в которой  все
снимки были только черно-белыми. И вот теперь, немного придя  в  себя  после
двухдневной  свадебной  пьянки,  он  проявлял  снимки   в   своей   домашней
фотолаборатории. Каково же было его удивление, когда он обнаружил,  что  все
четыре цветные пленки оказались насмерть засвеченными. Он никак не мог взять
в толк, как такое могло случиться, и с ужасом  думал,  как  будет  объяснять
этот дикий факт Володе, который доверил ему  столь  ответственное  дело.  На
черно-белой  пленке  получилось  целых  пять  кадров,  и  он,   высунув   от
возбуждения кончик языка, печатал снимки в своей домашней фотолаборатории.
   ... Еще несколько мгновений назад он был готов поклясться,  что  на  этом
месте рядом с женихом должна стоять невеста - Настя.  Но  теперь,  глядя  на
медленно проявляющееся  в  химическом  растворе  изображение,  он  испытывал
полную  растерянность.  Володя  стоял  в  своем  черном  свадебном  костюме,
сдержанно улыбаясь, в окружении поздравляющих его гостей, а рядом,  господи,
кто же это держит его под  руку...  Игорь  точно  помнил  момент,  когда  их
фотографировал - жениха и невесту, - и ошибиться  не  мог.  Однако  то,  что
предстало его изумленному взору на отпечатанном  фотоснимке,  повергло  его,
мягко говоря, в панику. В белом свадебном платье,  с  букетом  роз  в  руках
рядом с женихом стояла и злорадно ухмылялась какая-то совершенно  незнакомая
старуха. У нее были седые волосы, лицо изрыто  глубокими  морщинами,  впалые
глаза хищно сверкали  из-под  густых  бровей,  а  тонкие  губы  под  длинным
горбатым носом были растянуты в  отталкивающей  ухмылке.  Игорь  не  помнил,
чтобы эта старуха вообще присутствовала на свадьбе, и понятия не  имел,  как
она смогла попасть в кадр, к тому же облаченная в свадебный наряд невесты  и
стоящая с женихом под ручку. Дождавшись, пока снимок проявится до конца,  он
подвесил его  на  веревке  сушиться  и  начал  внимательно  рассматривать  в
заливающем всю комнату матово-красном свете. Нет, ошибки быть не могло - эта
старуха стояла на  месте  Насти.  Даже  если  допустить,  что  пленка  могла
испортиться и до неузнаваемости исказить лицо невесты, то почему  так  четко
запечатлено все прочее? Жених, гости, цветы,  платье  и  фата  невесты...  А
живые глаза старухи словно спрашивали  его:  "Ну  и  как  я  тебе?"  Короче,
фотография была отличного качества.